— Неужели? — ухмыльнулся Кейн. — Я прекрасно знаю, как ты позаботилась об Оливии. Боюсь даже представить, до чего ты можешь дойти, если станешь заботиться о себе.
Ей ужасно захотелось влепить Кейну пощечину, но она не сумела высвободить руку — он крепко сжимал ее своими длинными пальцами. Но при этом, как ни странно, Мэдлин совершенно не испытывала боли — напротив, ей казалось, что от руки Кейна исходит необыкновенно приятное тепло.
— Как ты смеешь говорить мне это? — проговорила Мэдлин. — Ведь ты, в сущности, не оставил мне выбора. Поэтому у нас все так и получилось… Что же касается Хью… Многие гости смотрели с любопытством на нас троих, и теперь все будут об этом говорить.
— А мне наплевать! Люди и так говорят обо мне уже много лет.
— Но почему?
Он пожал плечами.
— Понятия не имею.
— Кейн, скажи, а что у вас с Хью произошло? И кто такая Элизабет? Мне кажется, я имею право это знать, уж если ты считаешь, что должен обо мне заботиться.
— Теперь, Линни, это дело уже не связано с тобой. Да и раньше не было связано. Ты ведь никогда не была невестой Хью Дэвиса… Но ты выдавала себя за нее, и если честно, то я рад, что ты оказалась такой сговорчивой. — Он лукаво улыбнулся и добавил: — Возможно, ты усвоила этот урок, так что в будущем не будешь с такой готовностью занимать чужое место.
Мэдлин покраснела и пробормотала:
— Уверяю тебя, я ужасно сожалею о произошедшем. — Она вдохнула и добавила: — У меня уже устали ноги, Кейн. Я хочу отдохнуть.
Он заглянул ей в глаза и покачал головой:
— Нет, дорогая. Не сейчас. Не раньше, чем Хью поймет, что не сможет заполучить тебя.
— Кейн, ты хоть понимаешь, что говоришь? Пойми, я не нужна ему, он любит Оливию. Да, кстати, ты тоже не сможешь заполучить меня.
Тут музыка наконец стихла, и она тотчас отпрянула от Кейна, чтобы находиться как можно дальше от него. Мэдлин чувствовала, что не может на сей раз возражать ему, находясь в его объятиях. На сей раз Кейн не стал ее удерживать, и она вышла в коридор, затем направилась в библиотеку.
Прошла минута-другая, Мэдлин уже начала успокаиваться, но тут вдруг послышались шаги, а затем — низкий голос Кейна.
— Думаю, ты ошибаешься, любимая.
— Ты о чем? — Она медленно повернулась к нему. Он приблизился к ней и с улыбкой сказал:
— О том, что я якобы тоже не смогу заполучить тебя.
— Почему ты предъявляешь на меня права, Кейн? Поверь, в этом нет необходимости. Хотя бы потому, что меня не интересуют мужчины. В том числе и ты. К тому же я прекрасно знаю, что ты вздохнешь с облегчением, когда я…
— Когда ты — что?
Мэдлин отвернулась и подошла к камину, в котором пылало пламя. Она старалась не смотреть на Кейна, опасаясь, что он увидит правду в ее глазах. Глядя на огонь, она пробормотала:
— Я хотела сказать, что ты испытаешь облегчение от того, что я никогда не соглашусь на вынужденный брак с тобой.
Он приблизился к ней и, взяв за плечи, развернул лицом к себе.
— Я уже говорил, что никто не заставляет меня вступать в брак. И тебя — тоже. Чего ты так боишься, Линни?
— Ничего, — отрезала Мэдлин. И тотчас же поняла: Кейн знает, что она что-то утаивает. Тяжело вздохнув, она добавила: — Я не очень хорошо себя чувствую. Мне нужно выйти на свежий воздух.
— Да, конечно… Я провожу тебя. — В его голосе прозвучало искреннее беспокойство, и это тронуло ее.
— Нет-нет. — Она покачала головой. — Мне нужно собраться с мыслями, а я не смогу… когда ты близко. Рядом с тобой я чувствую себя как мышь, увидевшая ястреба. Не удерживай меня, Кейн.
Он провел пальцем по ее ключице, и по ее телу пробежала дрожь желания. Ошеломленная своей реакцией, Мэдлин молчала, а Кейн проговорил:
— Что ж, отлично. Можешь идти. Но поверь, ты не одурачила меня. Я чувствую, что тебя влечет ко мне. И сейчас ты хочешь уйти от меня, потому что знаешь, что произойдет, если ты останешься.
— Не будь таким самоуверенным, — прошептала она.
— Может, доказать тебе, что я прав? — спросил Кейн, привлекая ее в свои объятия.
Мэдлин попыталась оттолкнуть его, но почти сразу же поняла, что не в силах сопротивляться. А он, наклонив голову, впился в ее губы поцелуем. При этом Кейн все крепче прижимал ее к себе, как бы давая понять, что она принадлежит ему. И Мэдлин чувствовала, что в эти мгновения так и было.
Когда же он наконец прервал поцелуй, она отвернулась и пробормотала:
— Ничего ты мне не доказал.
Кейн с улыбкой пожал плечами.
— А я думаю иначе. И вот еще что… Когда мы поженимся, я узнаю, что ты скрываешь. Хотя могла бы сказать мне об этом сейчас. Да-да, если бы ты доверилась мне, я смог бы помочь.
— Довериться тебе? — Мэдлин рассмеялась. — А что ты сделал, чтобы заслужить мое доверие, Ангел? — Она произнесла последнее слово одними губами, как будто это было настоящее богохульство.
Но в глубине души она знала: ей очень хотелось, чтобы Кейн помог. Вот только чем он ей поможет? Не сделает же он так, что она забудет о своем прошлом… Более того, если он узнает всю правду о ней и об ужасном преступлении, которое она совершила… О, тогда он будет смотреть на нее с омерзением!
