Я вылетел в Испанию за три дня до старта — через Стамбул в Мадрид, потом самолетом местной авиакомпании в Аликанте, оттуда на машине в Бенидорм. Бенидорм оказался оживленным курортным городом, популярным у английских и немецких туристов. В нем красивая набережная с протяженными пляжами, и большая пешеходная зона с маленькими магазинчиками и ресторанами. Последние, впрочем, интересовали меня тогда меньше всего.
Примерно в четырех километрах от бухты Бенидорма в Средиземном море высится небольшой скалистый остров. Нам предстояло начать заплыв из бухты Бенидорма, доплыть до острова, проплыть вокруг него против часовой стрелки, и вернуться обратно. Это нам объяснили на брифинге, на котором я, на этот раз, сидел в первом ряду и слушал очень внимательно. До острова нам предстояло плыть, ориентируясь по цепочке буев, выстроенных по прямой. Десять километров плыли чуть больше сотни человек со всего мира. Настроены все были решительно.
В ночь перед заплывом я снова почти не спал. Я уже не думал о том, правильное ли я принял решение, когда согласился на этот старт — это уже не имело значения. Я просто лежал в гостиничном номере, рассматривая потолок в свете уличных фонарей. Мне было не по себе. От мысли о том, что завтра предстоит плыть четыре часа подряд, становилось совсем неуютно. Но сомневаться было уже поздно.
Заплыв стартовал в половине девятого утра, но уже в шесть утра я был на берегу. Я долго разминался и растягивался, а потом вошел в воду, и просто смотрел на косматое солнце, встающее над морем. Так меня и поймал местный фотограф — одинокого пловца, смотрящего в море перед стартом на рассвете.
Атмосфера перед стартом на таких заплывах, надо сказать, очень зажигательная. Играет музыка, энергичный диджей-ведущий разогревает толпу пловцов и болельщиков. Среди пловцов часто есть и инвалиды-колясочники, которых помощники доносят до воды, где они ждут массового старта вместе со всеми. Сила воли таких людей поражает, и ты уже не думаешь о собственных сомнениях. Одна-единственная мысль остается в голове — вперед, вперед, вперед! Потом ты слышишь рев сирены — и через минуту ты уже в воде далеко от берега, изо всех сил работаешь руками и ногами.
Первые три километра я проплыл без особых проблем. Я плыл вместе с группой хороших пловцов, видимо, членов одного плавательного клуба, которые решили держаться вместе. Пристроился к ним по дороге, и они как-то не возражали. В плавании есть возможность дрифта, когда ты держишься в ногах у сильного пловца и плывешь в его потоке, экономя энергию. Это не поощряется — предполагается, что каждый сам должен добраться до цели, и я сам никогда не дрифтовал и не любил, когда цепляются ко мне. А вот плыть бок о бок с сильными пловцами в их ритме не запрещается. Это никак не помогает физически, зато хорошо помогает морально — ты подхватываешь темп, и движешься в нем, если он тебе подходит.
На трех километрах мы подкрепились бананами и водой на пункте питания, и тут начались сюрпризы. Остров был уже прямо перед нами, а вот следующий буй, который, по логике, должен был находиться на пути к острову, вдруг оказался где-то слева. Мы двинулись к нему, но буквально через сотню метров увидели группу пловцов, которая… плыла нам навстречу.
Неразбериха была полная. Пара десятков пловцов зависла на волнах, вглядываясь в остров и друг в друга. Над водой висели отборнейшие ругательства на нескольких языках, включая русский. Я и еще несколько человек заметили каякера, который маячил в сторонке, неторопливо гребя веслом, и поплыли к нему.
Каякер был великолепен. Это был испанец лет сорока в гавайской рубашке, с роскошными длинными волосами, стянутыми в косу, и с полудюжиной цепей на волосатой груди. Он вполне мог играть дона местной мафии в каком-нибудь из мексиканских сериалов. Однако от этого великолепия не было никакого толку, потому что каякер не говорил по-английски. Мы болтались в воде у каяка, пытаясь разобраться в ситуации. Мат над водой стал гуще.
В стрессовых ситуациях соображаешь быстро. Я собрал в кучу все свои познания в испанском, который изучал когда-то очень давно:
— Donde nadar? («Куда плыть?») — закричал я ему на ломаном испанском. Он, к счастью, понял, и указал на тот самый буй, куда мы первоначально и направлялись.
Уже потом, на берегу, анализируя заплыв, я понял причину неразберихи. Буи действительно были выстроены в линию, а вот лодку питания за время стояния на воде, вероятно, сильно снесло в сторону. И получилось, что пока мы плывем к одному бую, от него к нам навстречу плывут другие люди.
Когда я приблизился к острову, я впервые почувствовал, что начинаю уставать. Стали «подсаживаться» плечи, на которые в таких заплывах приходится максимальная нагрузка. И тут обнаружилось, что остров таит в себе еще один сюрприз. Как оказалось, он все это время прикрывал бухту Бенидорма (и нас в ней) от морских волн. А тут мы выплыли в открытое море, и волны ударили в полную силу.
