Никто из присутствующих ничего не заметил. Супруги Мутон-Шевалье с сожалением констатировали, что Аннета и Филипп совсем не понравились друг другу: видно, очень уж разные натуры! Впрочем, знакомя Аннету с Вилларами, они рассчитывали больше на то, что она подружится с г-жой Виллар, так как «они просто созданы друг для друга». И с удовольствием отметили, что в этом они не ошиблись.
Ноэми Виллар была миниатюрная креолка, с телом нежным и золотистым, как у жареного голубя. Всё в ней было прелестно: узкое лицо с глазами лани, изящным носиком и губами, вытянутыми в трубочку, как будто они хотели схватить что-то, откровенно обнажённые молодые округлые груди безупречной формы, нежные руки, тонкая талия, маленькая ножка, хрупкое сложение. Ноэми разыгрывала женщину-ребёнка, иногда восторженную, иногда томную, легко переходящую от резвости и смеха к слезам и мило сюсюкающую. Она всем казалась существом слабым, впечатлительным, экспансивным и не особенно умным. На самом же деле всё было наоборот. В этой женщине холодная расчётливость сочеталась с чувственностью, сильные страсти — с чёрствым сердцем. Она всё подмечала, взвешивала, рассчитывала, неутомимо и неуклонно, а слабость её была слабостью камыша, который гнётся — и вдруг как распрямится да хлестнёт вас! Под оболочкой хрупкой эмали (Ноэми одна знала, сколько усилий стоила эта художественная лакировка) она была создана из бетона. Ну, а ума ей было не занимать, у неё его было более чем достаточно, но она им пользовалась только для того, чтобы сохранить то единственное, чем дорожила, чем ревниво желала владеть одна: мужа. Это был брак и по расчёту и по взаимной страсти — каждый из них искал в нём удовлетворения своему тщеславию и чувственности. Ноэми решила стать женой Филиппа задолго до того, как сделал выбор он, и даже до того, как он обратил на неё внимание. Этот человек, которого, как и его знаменитых парижских собратьев, одинаково увлекали и его изнурительная профессия и шумная светская жизнь, находил время заводить многочисленные романы. Его репутация сердцееда немало способствовала тому, что Ноэми влюбилась в него без памяти и решила во что бы то ни стало завладеть им и удержать для себя одной. Филипп не искал в любовницах ума. Ему нужны были женщины хорошо сложённые, здоровые, изящные и глупые. Он любил говорить: чем женщина глупее, тем она лучше. Ноэми была вовсе не глупа, но какое это имело значение? Когда женщина хочет пленить мужчину, она может не только сделать перед зеркалом такие глаза, какие ему нравятся, но и ум свой приноровить к его вкусу. Ноэми опьянила Филиппа своим молодым телом и пылким обожанием — и жадно завладела им.
