Когда Джулия наконец подошла к дому Вэнса, чтобы захватить Эмили и отправиться на фестиваль, был уже полдень. Она постучала в дверь и услышала, как девочка с не свойственным ей энтузиазмом сбежала по лестнице. Джулия мгновенно исполнилась подозрения.
Эмили выскочила на крыльцо. Следом за ней показался Вэнс.
– Ты точно не хочешь пойти с нами? – уточнила Эмили у деда, чуть не приплясывая на месте от нетерпения.
– Точно, – заверил ее Вэнс. – Повеселитесь там вдвоем хорошенько.
Девочка вприпрыжку сбежала по ступенькам.
– Я верну ее домой до темноты, – пообещала Джулия старику. – А вам мы привезем чего-нибудь вкусненького.
– Это так мило с твоей стороны, Джулия. У нее такой радостный вид, правда? – сказал Вэнс, когда Эмили скрылась в сени деревьев.
– Да, – задумчиво произнесла Джулия. – Очень радостный.
– Радуется в предвкушении барбекю. Совсем как я. – Он помолчал немного, потом поправился: – Ну, то есть во мне не так много такого, что мне хотелось бы, чтобы она унаследовала, но…
– Она действительно во многом на вас похожа, Вэнс. – Джулия накрыла его руку своей ладонью. – И это прекрасно.
Когда Джулия нагнала девочку, Эмили спросила:
– Почему он не пошел с нами? Он ведь любит барбекю.
– Вэнс старается держаться подальше от многолюдных сборищ, – пояснила Джулия, шагая рядом с Эмили в направлении центра города.
– Наверное, я так к этому привыкла, что иногда даже забываю про это.
– Значит, ты понемногу становишься здесь своей. Ну и как вы с ним ладите?
Эмили пожала плечами – мысли ее явно были заняты чем-то своим.
– Да неплохо, пожалуй. Уже лучше.
– Ну и славно.
Они вышли на Мэйн-стрит, и Джулия поняла, что девочка слегка ошарашена. На тех, кто видел фестиваль в первый раз, он обычно производил такое впечатление. Большинство людей полагали, что, коль скоро Маллаби не так уж и велик, фестиваль тоже не будет отличаться особым размахом. В действительности же маллабийский фестиваль барбекю был самым крупным подобным мероприятием на всем юго-востоке, и гости стекались на него со всей страны. Дорожное движение было перекрыто, и повсюду, насколько хватало глаз, белели купола палаток. Вдали виднелось чертово колесо. Отовсюду неслись упоительные ароматы жарящегося мяса.
Эмили и Джулия пробирались по запруженной людьми улице мимо бесчисленных палаток – сердца фестиваля. В этих палатках было поставлено на поток изготовление сэндвичей с барбекю. С соусом, без? Капустный салат добавлять? Кукурузных клецек не желаете? Сэндвичи были в руках у каждого второго прохожего, наполовину обернутые в фольгу. В некоторых палатках продавали свиные шкварки и горячую кукурузу, куриные шашлычки и жареные сардельки, маринованные огурцы во фритюре и шоколадные батончики в нем же – и, разумеется, хворост. Там и сям были разбросаны палатки, в которых местные умельцы торговали своими поделками.
– Я и не знала, что он такой огромный, – призналась Эмили, крутя головой по сторонам, чтобы не упустить ни одной мелочи. – Как вы умудряетесь находить друг друга в этой толчее?
– Ты ищешь кого-то определенного?
– Да нет. – Девочка замялась. – Просто спрашиваю.
Однако в целях проверки своей теории Джулия умышленно привела Эмили к главной сцене. Вокруг было натыкано несколько сцен, с которых играли разнообразные группы – в основном фолк и блюграсс, – но главная сцена возвышалась прямо посреди Мэйн-стрит. Толпы людей обтекали ее, точно потоки воды.
Перед лестницей, ведущей на сцену, столпилась кучка людей, большинство из которых принадлежали к семейству Коффи. Мужчины были в шляпах, а женщины – в накрахмаленных платьях с поясами. На Вине была соломенная шляпа-канотье; любой другой его сверстник в таком наряде выглядел бы по-идиотски. Эмили, разумеется, немедленно уставилась на него во все глаза. А он, похоже, почувствовал ее взгляд, потому что тут же вскинул голову и нашел ее глазами. Ни один из них не сделал ни единого движения навстречу другому, однако же незримая нить, в одно мгновение протянувшаяся между ними, казалась осязаемой.
– Почему Вин… почему все Коффи так вырядились? – спросила Эмили. – Я имею в виду – необычно.
– Потому что это их фестиваль. Их семья положила начало традиции ежегодно проводить его около шестидесяти лет назад. Это их детище. Сейчас они немного покрасуются на сцене, а потом будут судить конкурс на лучшее барбекю и лучший пирог.
Отец Вина взглянул на своего отпрыска, потом проследил за его взглядом. И немедленно подозвал его к себе, и одновременно Джулия увлекла девочку прочь.
Следующие несколько часов они с Эмили провели как нельзя лучше. Наелись до отвала и купили себе по памятной футболке с надписью «Я нахрюкался на фестивале барбекю в Маллаби». Джулия едва ли могла позволить себе подобное мотовство – она старалась тратиться по минимуму, потому что хотела поскорее расплатиться по закладной за ресторан, – но это того стоило.
