Минуты через три появился молодой банковский служащий с требуемой распиской.
— Вот, пожалуйста,— сказал Пэкстон,— сожалею, что вам не пригодились наши деньги. Мы всегда бываем рады услужить нашим хорошим вкладчикам.
— Я в этом не сомневаюсь... У меня есть 50 тысяч долларов наличными. Я хотел бы приобрести на них 10 кассовых чеков по 5 тысяч с обязательством уплатить их Дафнии Шелби. Надеюсь, вы знакомы с мисс Шелби?
— Да, конечно, мы хорошо ее знаем... Она обычно приходит к нам по делам своего дядюшки... Так вам нужно десять кассовых чеков по 5 тысяч каждый?
— Совершенно верно.
— Если вы сможете еще немного подождать, вам все это принесут.
Через десять минут в руках у Мейсона находились требуемые чеки.
— Большое вам спасибо, мистер Пэкстон.
Банкир поднялся из-за стола.
— Я уже один раз пожал вам руку, мистер Мейсон, но хотел бы пожать ее еще раз. Прошу меня великодушно простить за мимолетные сомнения, которые у меня появились по поводу вашей находчивости. Когда я явился к вам в контору, нарушая банковские правила сохранения тайны, я надеялся вопреки всему, что вы отыщете способ решить данный вопрос. И потом мне на минуту показалось, что все мои надежды погибли... теперь-то мне ясно, что я должен был испытывать к вам больше доверия.
Банкир схватил руку адвоката обеими руками и крепко пожал ее, потом похлопал Мейсона по плечу.
— Желаю и в дальнейшем удачи!
— Еще раз большое спасибо. Вам лично и Национальному банку, который принимает так близко к сердцу интересы своих клиентов. Поверьте мне, что ваш благородный поступок когда-нибудь будет оплачен вам сторицей.
Выйдя из банка, Перри Мейсон поехал к Дафнии Шелби в отель.
Увидев девушку, он весело воскликнул:
— Ну, Дафния, больше вы не очаровательная попрошайка!
— Что вы имеете в виду?
Мейсон разложил перед ней 10 кассовых чеков.
Она поочередно взяла в руки каждый, глядя на них округлившимися от изумления глазами.
— Господи, что это за чудо?
— Подпишите-ка один из них на мое имя. «Выплатить Перри Мейсону». Подпись. Дата. Знаете, как это делается?
— Это ваш гонорар?
— Нам еще рано говорить о гонораре. Просто я хочу его реализовать, чтобы у вас были наличные деньги. Более пяти тысяч вам в настоящее время иметь при себе неразумно. Впрочем, даже будет лучше потом получить на большую часть аккредитивы. Примерно на 4 с половиной тысячи. А остальные чеки останутся на черный день. Ясно?
Не успел Мейсон вернуться к себе в контору, как раздался условный стук Пола Дрейка в дверь, выходящую непосредственно в коридор. Делла Стрит впустила детектива.
Тот шлепнулся прямо в кресло и объявил:
— Ну, Ральф Экзеттер сидит у меня на булавке.
— Что ты про него выяснил?
— Его настоящая фамилия Камерон, а имя у него какое-то странное — Бослей. Никогда такого не слыхал! Он из Лас-Вегаса. Сам он игрок, Борден Финчли должен ему более 150 тысяч долларов.
— Этим многое объясняется,— заметил Мейсон.
— Это еще далеко не все. Камерон сам в долгу, как в шелку, и если только не получит денег с Финчли по его распискам, то его дела плохи: он не посмеет показаться на глаза своим дружкам. Короче говоря, Камерон скрывается. Вот почему он назвался Экзеттером из Бостона, штат Массачусетс.
— Ну, Пол, на этот раз ты превзошел самого себя! Поразительная работа!
Дрейк покачал головой.
— Практически я ничего не сделал. Совершенно случайно я наткнулся на след людей, которые пытаются найти Камерона.
— Каким образом?
— Чистое стечение обстоятельств. Финчли весьма обтекаемо объяснил, где он был, чем занимался, но та женщина, которая приходит к ним делать уборку, заметила, что на их чемоданах были наклейки из Лас-Вегаса и что они очень старательно пытались их счистить. Это было на следующий день после приезда. Ты помнишь, Финчли говорил, что они путешествуют на машине Экзеттера? Я проверил номерной знак на машину, он действительно был выдан в Массачусетсе. Тогда я позвонил по телефону и выяснил, на чье имя была зарегистрирована машина, когда они выехали из штата. Оказалось, что тот человек поехал в Лас-Вегас, его вовлекли в игру, и Камерон, которому он задолжал свыше тысячи долларов, предложил продать ему машину в счет этого долга. А разницу отдать ему. У парня не было иного выхода, он отдал автомобиль Камерону, официально не оформляя сделку. Было решено, что это они сделают позднее, когда Камерон выправит для себя водительские права. Располагая этими сведениями, я звонил в Лас-Вегас и узнал, что Камерон один из тех азартных игроков, которые сегодня в облаках, а завтра опускаются на дно морское. Он проигрался в пух и прах в покер, выдал несколько долговых расписок, объяснил своим приятелям, что один голубок задолжал ему полторы тысячи долларов и что он уже сообразил, откуда их достать, но что требуется некоторое время, прежде чем его план осуществится, и что он намерен поехать вместе с голубком и подгонять его. После этого Камерон исчез. Сначала люди, обладающие долговыми расписками Камерона, довольно стойко ожидали его появления, затем стали беспокоиться и очень бы хотели знать, где он скрывается.
Мейсон ухмыльнулся.
