Ю Ш.: Как хочешь называй. Вообще для начала тебе вообще никто не даст кредит. Значит, ты должен проект продать. Сказать: «Братцы, вот проект. Вот моя половина, давайте на вторую половину зайдите». То есть ты делишься акциями, долями, ты привлекаешь партнеров. Но ты должен их убедить. И это даже не кредит. Кредит дадут, когда у тебя будет уже актив и его можно оценить. А как ты привлекаешь деньги? Ты носишься, уговариваешь. Это неимоверно тяжело. Но как только ты даешь первый успех, и как только на тебе зарабатывают вот эти, кого ты увлек, а на первом успехе они заработали 1:5, то, поверьте, дальше вопрос денег не существует. Вопрос только имени. Без шума-гама все знают – на этом парне заработали вчера. И они уже набиваются и спрашивают: «Куда ты, парень, пойдешь?» Потому что они уже верят не бумагам. Вот у нас эти, так называемые, меня это, если откровенно, бесит, – институты развития. Если откровенно, я ни у одного института развития не видел приличного проекта, ни у одного. Сколько фондов создано? Сколько так называемых институтов развития? Может быть, я узко знаю энергетику. Может быть, что-то там я не вижу. Только проекты и только имя – там не надо доказывать по бумагам. Ну, это надо перенести один к одному в Россию, один к одному!
В. Л.:
Ю. Ш.: Есть такая. С соавторами.
В. Л.:
Ю. Ш.: У меня там проекта самого и не получилось, у меня как у бизнесмена.
В. Л.:
Ю. Ш.: В Китае. Но с китайскими компаниями в двух государствах я сделал проект, то есть я им продал и очень хорошо хороший свой проект. Китайцы, я считаю, чрезвычайно хорошо извлекают уроки. Говорят, у нас 5000 лет цивилизации, вот 200 лет у нас была неудача, мы сделали выводы – дальше мы ошибок не сделаем. Значит, энергетическая у них стратегия и программа, ну, просто вот советская: диверсификация по направлениям, по видам, по государствам. Значит, баланс энергоресурсов разных, как вот сейчас от солнечной, там, ветровой и до газа. Газ откуда? Извини, с пяти точек. Нам с одной не надо. Этому можно только позавидовать. Они многие годы привлекали и делали проекты. А мы огромную массу средств использовали на покупку, возможно, нужного: медицинского оборудования, нефтяного, еще какого-то. То есть они создавали и развивали, а мы покупали от шахтных комплексов до нефтяного оборудования, от нефтяного до медицинского, до «Боингов». А они все сами пытались создать. И в чем-то преуспели. Вот это самое главное.
В. Л.:
Ю. Ш.: Ну, не любимая, просто очень большая мудрость в ней собрана.
В. Л.:
Ю. Ш.: Она лежит у меня на тумбочке. Я не хочу сказать, что каждый день ее читаю. Но последние месяцы я Конфуция смотрю и нет-нет да «Артхашастру». Это 500 лет до нашей эры писано, свод правил. Открывай, читай, переводи на русский и издавай законы. Я открыл случайно на главе «Благополучие» – это основа государя и государства. Я дословно цитирую: «Основа благополучия – мир и труд». Ничего нового, оказывается, мы с вами не придумали – мир и труд. Дальше дословно: «под трудом мы понимаем сумму затраченных усилий для достижения результата (если результат не достигнут – сумму усилий трудом называть нельзя)». Слушайте, я с пяти лет, видать, с генами родителей это впитал. Когда говорят: «Я же работал!» Работал. Можешь не работать. А под миром смысл, если примитивно: «Ты сильный – вокруг мир». Это цитату взял за девиз Шафраник – такие «Мир и труд».
В. Л.:
Ю. Ш.: Ой, ну, все мы зависимы. Все зависимы от всех и отовсюду, от всего. Но, понимаете, когда невольно в какие-то моменты себя спрашиваешь: «А что сегодня твоим багажом является?» Понятно, что здоровье, семья, дети, внуки.
Дай бог! Это самое главное. А еще что же? Ну, там, миллиарды долларов, что ли? Книги, картины, да? И я в одном интервью ответил, что я, покопавшись в себе под какую-то дату, может, шестидесятилетие, когда невольно ты взвешиваешь прожитое, я сказал, что это внутренняя свобода. Потому что от многих зависишь, но все-таки, извини, вот так мне не прикажешь.
