«Пообещать ему вкусный ужин? – гадала я про себя. – Но тогда он может отравиться. Как только начинаю стараться, сразу все сжигаю или, наоборот, недожариваю. Да и продуктов дома нет, и он это прекрасно знает. Значит, приглашать к себе – глупо. А если предложить патрулировать ночной город в поисках гнома Урса? Пройтись по злачным местам, присмотреться… И это с человеком, которому грозит беда! Нет уж. Нужно попросить остаться в отделении и всю ночь вместе изучать имеющуюся информацию. Но мы уже занимались этим вечер и ничего не добились. Тогда что делать?!»
Словно в ответ на мой вопрос, раздался голос Максимуса Ларса:
– Ты почему все еще здесь, лейтенант? Ждешь, пока кто-нибудь проводит до дома? – Он устало улыбнулся, подхватывая свою куртку.
Я вскочила и закивала, принимаясь отчаянно лгать:
– Мне страшно идти одной.
Майор медленно обернулся, прищурился и уточнил:
– Боишься темноты?
– И гнома Урса. – Я отвела взгляд, и врать стало гораздо легче. – Он может напасть в любой момент. Опасный тип.
– Гном? – повторил Максимус.
– Коренастый сильный мужчина в самом расцвете сил, – кивнула я, набрасывая факты, способные помочь в убеждении.
Даже если Максимус не верил мне на самом деле, то мог подыграть. По-дружески. И тогда…
– Знаешь, мне больше нравилась твоя прямолинейность, – перебил мои мысли он. – А врешь ты ужасно. И это дико раздражает, лейтенант. До завтра.
Максимус покинул кабинет, оставляя меня смотреть вслед. Но ненадолго. Лгала я и правда плохо, а вот упорствовала хорошо. Догнав его в коридоре, пристроилась рядом и заявила как есть:
– Вам грозит опасность, майор.
– Потому что меня преследуют, – кивнул он.
– Да?! – поразилась я. – Вы чувствуете слежку? Давно?
– Примерно минуту, – ответил он, бросив на меня красноречивый взгляд. – И нет, лейтенант, со мной идти нельзя.
– Пойду без разрешения, – пожала плечами я.
Он остановился, посмотрел в сторону приоткрытого кабинета дознавателей и, подхватив меня за локоть, отвел в сторону. Уставившись мне в глаза, сурово сообщил:
– Сегодня у меня плохой день, и я не настроен с кем-либо общаться. Так что вам, лейтенант, нужно держаться подальше. Ясно?
Он говорил, чеканя слова и глядя так, словно я была надоедливой мухой, зудящей вокруг. Но стоило мне расстроиться по этому поводу и кивнуть, отступая, Максимус закатил глаза и сменил тон с гневного на милостивый:
– Ладно, что там у тебя? Интуиция подсказала новые опасности?
– С чего вы взяли? – нахмурилась я.
– Недавно ты была спокойна и вдруг снова начала дергаться по пустякам, – пояснил Максимус, проявляя несвойственное раздраженным людям терпение. – Так что случилось?
Он смотрел спокойно и немного устало. А меня накрыло озарением: эмпаты действительно дико жалостливы. Как и говорил Дан Барсов недавно. Стоило мне приуныть и забеспокоиться, как майор Ларс проявлял чудеса тактичности, начинал мило шутить и даже улыбаться. Так было только со мной. И началось это после видения в тумане: с тех пор, как Ларс побывал в моем детстве. Дальше – больше. Поговорил с секретаршей Ержа, наслушался от нее выдумок, и пожалуйста! Смотрит как на брошенное всеми дитя.
Вот откуда этот взгляд! Он не совсем о жалости, это скорее смесь из доброты и вынужденного терпения. Примерно так же на меня смотрел психолог.
От открытия стало больно. Ведь я каждый раз все сильнее обманывалась, с удовольствием примеряя на майора Ларса роль будущего друга. А может, и кого-то большего…
Ненормальная.
Правда была больнее ушибленных ребер.
– Яра? – Максимус слегка подался вперед, заглянул мне в глаза, поторапливая.
– Клайв вернулся из тумана, – ответила я, решив выложить все, без утайки.
А затем пересказала наш странный разговор с Чарыром.
– То есть он что-то видел там, – задумчиво заключил Ларс. – В Зачарованном лесу ему дали подсказки.
Не успела я отреагировать, как майор хмыкнул и… пошел назад. К кабинету подполковника. И мне бы остановить его. Или просто не вмешиваться. Но я поплелась следом и очнулась уже внутри, вбежав за Максимусом к начальству. Клайв и подполковник сидели за столом. При виде нашей парочки Ерж поморщился, как от зубной боли, и прорычал:
– Вас еще не хватало.
– Мы как чувствовали, – кивнул Ларс, указывая мне на единственный свободный стул, а сам оставаясь стоять и внимательно смотреть на Чарыра.
Тот глубоко вздохнул и спросил:
– Яра проболталась?
– Угу, – кивнула я.
– Лес дал мне подсказки, – признал Клайв, – но я не знаю, как их расшифровать. Потому прошу подождать с объяснениями до завтра.
– Что за это время изменится? – спросил Максимус холодно.
– Я поговорю с дедом, – ответил Клайв. – Когда-то он был проводником тумана и мог чрезвычайно точно интерпретировать видения других людей. Утром спрошу его, как быть.
– Он разве не забросил все эти дела? Вы сами рассказывали, что ваш дед очень плох по здоровью, – высказался Максимус.
– Почти семь лет, – признал Клайв.
Майор Ларс мотнул головой:
– Тогда с чего вы решили, что лежачий пожилой мужчина завтра разберется во всем лучше профессиональных полисмагов, имеющих сильный дар?