В 1949 году в Высшей разведывательной школе Комитета информации появился новый слушатель — Иван Анисимович Фадейкин. Пришел с блестящей характеристикой после окончания Военной академии им. М.В. Фрунзе: «В работе принципиален, последователен, умеет порученное дело доводить до конца. Обладает твердым характером и чувством нового в работе. Программу Академии усвоил на «отлично». Государственный экзамен сдал досрочно с высшими показателями по всем дисциплинам. Удостоен диплома с отличием и награждения золотой медалью».
В первые послевоенные годы во внешнюю разведку пришло много фронтовиков, прошедших войну и получивших жизненный опыт и закалку. Многие из них проявили себя впоследствии талантливыми разведчиками, возглавив сложнейшие участки разведывательной деятельности. Иван Анисимович выделялся среди них незаурядностью характера и дарованными природой способностями. Вот что рассказывается о нем в одном из опубликованных воспоминаний:
«До 13 лет Ваня Фадейкин вместе с родителями, братом и сестрой жил в родном селе Монастырское Беднодемьянского района Пензенской области и почти ничем не отличался от своих босоногих сверстников. Но одно качество его выделяло — обостренное чувство восприятия всего нового, любознательность и неукротимое стремление к наукам, к знаниям. Именно это стремление паренька заставило его в раннем возрасте оставить отчий дом и отправиться на заработки в один из районных центров. Он стал счетоводом, но не только для того, чтобы зарабатывать на жизнь, но и для того, чтобы получить возможность продолжить учебу. К удивлению многих, Иван Фадейкин сдал экстерном экзамены на аттестат зрелости, причем сдал блестяще, и уехал в город Куйбышев, где поступил в Коммунистический университет журналистики».
Иван Фадейкин учился только на «отлично». Он оказался единственным студентом, получавшим сталинскую стипендию. В 1939 году, в предвоенное время, он без колебаний пошел служить в Красную Армию и закончил курсы военкомов. Нападение фашистской Германии на Советский Союз застало его на посту ответственного редактора газеты «Контакт» — печатного органа военного авиационного училища в городе Чкалов.
С первых дней войны Иван Анисимович находился на фронте, сначала на Западном, а в конце войны — на 2-м Прибалтийском. Хронология его фронтовой биографии: заместитель начальника политотдела 352-й стрелковой дивизии, комиссар полка той же дивизии, командир 94-го, а после ранения — 98-го стрелковых полков 30-й гвардейской стрелковой Краснознаменной дивизии, после очередного ранения — начальник штаба 30-й дивизии, и в конце войны — командир этой дивизии в звании подполковника. Три ранения и две контузии. На груди — два ордена Красного Знамени, орден Александра Невского, медаль «За отвагу». К этому времени ему было всего 27 лет!
Иван Анисимович вспоминал: «Война очень рано возложила на плечи нашего поколения тяжелое бремя ответственности за судьбы вверенных людей, за судьбу нашей Родины. Я начал войну политруком, в ноябре 1942 года был назначен командиром полка. Было мне тогда 25 лет. А в 26 лет — командир стрелковой дивизии. Если честно признаться, было неприятно, когда меня спрашивали о возрасте. В самом вопросе казалось какое-то сомнение в способности командовать стрелковым полком, а тем более стрелковой дивизией».
Впрочем, его боевые друзья в нем не сомневались. Когда в 1977 году Ивану Анисимовичу исполнилось 60 лет, он получил поздравление от Совета ветеранов 10-й гвардейской армии. Вот как однополчане оценивали своего бывшего командира:
«Руководимые Вами подразделения и части успешно вели наступательные бои под Смоленском, первыми вступили под Лядами на белорусскую землю и отличились в кровопролитных боях под Ор-шей в 1943 году.
В пургу и стужу, по снежным полям и перелескам Вы вели в бой подразделения полка под Новосокольниками и Пустошной, в распутицу и непролазную грязь сражались на плацдарме на реке Великой у города Новоржева.
В наступательных боях летом 1944 года гвардейский полк под Вашим командованием бесстрашно сражался у города Опочка, форсировал реку Великая и в числе первых вступил на территорию Латвийской ССР.
Неувядаемой славой покрыли себя воины полка и дивизии при преодолении Лубанской низменности, в тяжелых боях на Видземской возвышенности, при освобождении узников Саласпилского концентрационного лагеря, в боях за освобождение столицы Латвии — города Риги».