И после долгого ожидания они наконец-то услышали шаги. Дверь отворилась. Лукьен ожидал снова увидеть стражей, но вместо этого на пороге показалась одинокая фигура мужчины. Его лицо, хотя и выглядело куда старше, оказалось до боли знакомым. Лукьен быстро поднялся.
Кагана Кадара годы не пощадили. Он сгорбился, выглядел жестче, в темных волосах появились седые пряди. Оливковая кожа сморщилась от пребывания под палящим солнцем, но глаза все так же сверкали, когда он встретился взглядом с Лукьеном. На остальных он едва удосужился посмотреть, вперив взор в убийцу своей жены. Он еще не переступил порог, а комната уже словно наполнилась его присутствием. Не зная, как себя вести, Лукьен просто стоял и молчал под этим яростным взглядом.
— Это ты, — наконец, промолвил каган. — Клянусь Вала, я бы ни за что не поверил.
— Каган Кадар, — заговорил Лукьен, кланяясь, — ваш приход — честь для меня.
Кадар сжимал в руке Око Господа на золотой цепочке. Он показал его чужестранцам.
— Вы принесли мне вот это, — сказал он. — Зачем?
— Милорд Кадар, — дипломатично улыбаясь, начал Торин, — мы прибыли с важной миссией. Этот амулет…
— Молчи, однорукий, — прошипел Кадар. — Я разговариваю с человеком, убившим мою жену. Почему ты здесь и почему вернул мне амулет?
Простой вопрос, но ох как непросто ответить на него!
— Мой друг говорит правду, — произнес Лукьен. — Мы прибыли с миссией.
Кадар усмехнулся.
— Небось, с мирной миссией? Как в прошлый раз? — он, наконец, соизволил оглядеть остальных. — А это кто с тобой? Новые воры?
— Разрешите объяснить, ваше величество, прошу вас, — взмолился Торин. — Мое имя барон Торин Гласс, из Лиирии. — Он указал на Гилвина: — Мальчика зовут Гилвин Томз. А с Лукьеном вы уже знакомы.
Кадар шагнул вперед, внезапно заметив странную ногу и изуродованную руку Гилвина. Удивительно, но он вдруг улыбнулся юноше:
— Гилвин Томз.
Гилвин улыбнулся в ответ:
— Да, милорд.
— Добро пожаловать к нам, — промолвил Кадар. Это заявление всех озадачило. Кадар быстро обернулся к Лукьену. — Ты тот, кого называют Бронзовым Рыцарем. Тот, кто убил мою Джитендру.
— Да, милорд, — отозвался Лукьен. — И горько сожалею об этом.
— А это? — Кадар поднес амулет к лицу Лукьена. — Разве оно того не стоило?
— Нет. Не стоило, — голос Лукьена звучал спокойно.
— Что-то случилось, раз ты принес его обратно. Рассказывай.
— Вы хорошо говорите по-нашему, милорд, — заметил Лукьен. — Учили язык со времени нашей последней встречи?
— У меня было время, Бронзовый Рыцарь. А еще — необходимость узнать все о вашем народе. А теперь — поведай, что привело вас сюда.
— Мы и пытаемся рассказать, — сказал Гласс. — Вам просто нужно выслушать, у нас важные новости.
— Нет, — Кадар помотал головой. — Сначала я хочу знать, почему вы принесли мне Око.
— Хорошо, — ответил Лукьен, едва владея собой. — Ваш поганый амулет содержит в себе проклятье. Из-за него я потерял все и всех, кто был мне дорог. Это вы хотели услышать?
Наконец-то Кадар казался удовлетворенным. На лице его не было радости, но полное понимание. И даже легкий проблеск печали. Он жестом указал на кресла:
— Сядьте.
Лукьен замешкался; его беспокоило выражение лица кагана. Но он подчинился, как и его спутники. Теку забралась на плечо Гилвина. Кадар некоторое время рассматривал амулет, поворачивая его на цепочке. Его едва ли удивило сказанное Лукьеном и он как будто и не рад был возвращению Ока, дарующего жизнь.
— Вы прибыли с новостями, — заговорил каган. — Отлично. Но вначале — расскажите вашу историю. — Он посмотрел на Лукьена: — Говори.
— Если вам будет угодно, я расскажу, — и Лукьен повел свой грустный рассказ. Он начал с того, как украл амулет, объяснив, что он был нужен для спасения жизни Кассандры. Идея принадлежала не ему, а Акиле, его королю. Кадар кивнул, услышав это имя, но не прервал рассказа. Лукьен объяснил, что амулет спас Кассандру, задержав развитие опухоли на шестнадцать лет. Но Акила тем временем тронулся рассудком, а сам Бронзовый Рыцарь оказался в изгнании. Кадар внимательно слушал, и на лице его не отражалось никаких эмоций. Когда же Лукьен перешел к описанию гибели Кассандры, Кадар снова кивнул и почесал бороду.
— Так что, понимаете, каган Кадар? Я потерял все. И эти двое — тоже, — закончил повествование Лукьен. — Перед смертью Кассандра попросила меня вернуть вам амулет. Она хотела сделать это сама, но проклятие убило ее.
Кадар отвернулся и стал смотреть в окно. Он долгое время хранил молчание. Наконец, задал вопрос:
— А вам не казалось странным, что я не преследовал вас?
— Казалось, — ответил Лукьен. — Мы легко ускользнули, и я всегда задавался вопросом: почему? Вначале я считал, что вы придете и отомстите, но этого не произошло.
— Мне и не нужно было этого делать, — Кадар поднял амулет. — Он сам сделал все за меня. Он уничтожил вас.
Лукьен понял.
— Он проклят, — вздохнул он. — Так оно и есть.
— Он защищен, — поправил Кадар. — Я настоящий владелец Ока, и вы забрали его у меня. Дух Ока сделал то, что я велел ему.
— Дух? — не понял Лукьен. — О чем это вы?