– Могу я вам чем-то помочь? – спросила служащая, отвлекаясь от блокнота, в котором она что-то рисовала чернилами. – Это ведь не ваш ящик?
– Нет, – ответила Валли и без колебаний повернулась к девушке. – Моей подруги, и я не могу выяснить, уехала она из города или нет… Дело в том, что она жила с одним парнем, который вечно бил ее, и все ей говорили, что надо получить охранный ордер, а она говорила, что получит, но в итоге все равно возвращалась к нему и…
– Боже мой… – простонала служащая, которой уже надоело это слушать, – скажите номер ящика.
– Триста десять.
Женщина застучала пальцами по клавиатуре.
– Как зовут подругу?
– Э… Елена, но ящик она заводила втайне от друга, чтобы этот подлец не смог…
– Стоп. Вы знаете, как зовут подругу или нет?
– Ну… нет, – сказала Валли.
– Тогда ничем не могу вам помочь, – ответила девушка и вернулась к рисованию в блокноте. – Всего доброго.
Валли вздохнула и вышла из конторы, перешла через улицу и села в машину.
– Что случилось? – спросил Тэвин, и Валли рассказала все. – Так, – проговорил он, – но мы знаем, что это все еще ее ящик и можем ее дождаться.
– Надеюсь, она проверяет почту не реже одного раза в месяц, – сказала Валли.
– Пятница – отличное время для таких дел, – уверенно произнес Тэвин. – Перед выходными как раз. Что-то должно случиться.
– Тогда надо подобраться поближе, – сказала Валли. – Отсюда не видно номеров, а нам надо удостовериться, что открывают именно этот ящик.
– Я так не думаю. Если будем стоять ближе, можем спугнуть ее.
– Это правда, – согласилась Валли.
– Знаешь, как делают в кино? – спросила Тэвин с озорной усмешкой. – Посылают огромную красную коробку на нужный абонентский ящик, так что сразу видно, кто ее получит.
Валли ударила себя по лбу:
– Как же я могла забыть огромную красную коробку!
Тэвин рассмеялся.
– У меня идея, – сказал он, взял свой рюкзак, порылся там и достал дешевую шариковую ручку. Открыл дверь и вышел из машины.
– Какой номер ящика?
– Триста десять, – сказала Валли. – Что ты сделаешь?
– Сейчас все улажу. – Тэвин пожал плечами, все так же хитро улыбаясь.
Он пересек Миртл-авеню и вошел в контору, направившись прямо к девушке-клерку, которая оторвалась от рисования все с тем же недовольным видом.
– Да?
– У вас есть лист бумаги? – сказал Тэвин. – Мне нужно оставить сообщение другу Сиско.
– Сиско, – повторила девушка презрительно, недовольная тем, что ее опять отвлекают от дела. Она достала лист бумаги и положила перед Тэвином. Он нацарапал несколько слов, сложил лист пополам, написав на обратной стороне «а/я 617». Он отдал записку, девушка взяла ее, не глядя на него и даже не пошевельнулась, чтобы положить ее в нужный ящик. Тэвин не уходил.
– Что? – спросила она.
– Это очень важное сообщение.
– Боже мой, – проскрипела девушка с таким видом, будто ее пытают. Она отложила перо и встала со стула. С запиской Тэвина в руке она вышла из-за стола и пошла в другой конец комнаты, чтобы положить ее в нужный ящик. Как только она скрылась из виду, Тэвин, пригнувшись, направился прямиком к ящику № 310. Там он засунул кончик шариковой ручки в замочную скважину и с силой повернул, так что конец ручки остался внутри.– Спасибо! – крикнул он девушке, выходя из конторы.
24
Недалеко от угла 94-й улицы и Вест-Энд-авеню стояло такси, наполовину скрытое в переулке, но так, что пассажирам было хорошо видно 94-ю улицу. На заднем сиденье машины сидели Клеско и Лев. За рулем был Рамзан, болгарин из того подвала в Квинсе, где штамповали поддельные банковские карты; он суетился и потел, несмотря на холодный день. Клеско и Лев не сводили глаз с заброшенной химчистки на первом этаже пустого здания неподалеку.
Через час появились трое подростков – той девушки с ними не было, – они вошли в химчистку со служебного входа, открыв дверь своим ключом.
Найти их новое пристанище было несложно, как только Клеско понял, как Валли выбирает места для своей компании и как попадает в них, надо было только просмотреть списки недвижимости, выставленной для сдачи в аренду компанией «Десмонд & Грин», и понять, какое из зданий больше всего подходит для этих ребят.
Вскоре двое подростков вышли и куда-то направились, оставив в химчистке одного парня.
– Ждем девчонку, – сказал Клеско, и Лев кивнул.
Лев видел, что с каждым часом злость и нетерпение старика возрастают. До сих пор Льву удавалось сдерживать Клеско, направлять его мысли к их общей цели и не давать им возвращаться в тот водоворот гнева, что бурлил и клокотал в темных глубинах его сознания. Бойня, устроенная в офисе доктора Рейнер, ничуть не утолила мучавшую Клеско жажду мести. Напротив, казалось, жажда эта все возрастала с каждой каплей пролитой крови.
Лев думал о том моменте, когда отец уже не будет подчиняться требованиям здравого смысла, не сможет контролировать себя и поддаваться влиянию сына. Что Льву останется делать тогда?
