— Да, тот хозяин телеканала, что взял самый высокий кредит в истории Польши. Сто миллиардов, на покупку компании мобильной связи. Имеет свой банк, страховую фирму и радио, на котором крутят классику, потому что король любит Рахманинова.
— Значит, это гребаный пан Очкарик?
— Похоже на то.
Доман почесал голову.
— Сколько это стоило? Вся переделка, вместе с компом.
— До холеры.
— Кто монтирует такие прибамбасы в старую упаковку?
— Мы в маленьком городке, — объяснял Лесневский. — Глаза не видят, сердцу не жаль. Я так это оцениваю, своим деревенским взглядом. Если бы Очкарик сделал тюнинг с хромированными трубами и фольклорной выхлопной трубой для пущей эффектности, все бы говорили, что он хвастается количеством нулей на своем банковском счете.
— Дело не в бабках, — согласился Доман. — Что еще? Ведь это не все. Я тебя знаю, братан.
Лесневский подошел к рулю.
— В авто имеется газовая установка без сертификата. Самоделка. Но что интересно: баллон демонтирован. Остались только переключатель и отверстие для заправки топлива. Здесь. — Он указал на дыру в заднем крыле. — Видишь? Оторвано.
— Ты не снимал крыло?
— Его не было. Защелки сломаны. Их выдернули по живому. Демонтаж по всей форме надо делать в сервисе. А так он просто ездил на бензине. Газ не заправлял. В техпаспорте наверняка написано, что установка исправна. Раз в год по знакомству оформлялся техосмотр, и вся любовь.
— Ничего, найдем этого умельца. У меня есть несколько адресов. Газ. Тоже мне открытие. Я думал, ты расскажешь что-нибудь о инфракрасных датчиках парктроника или бардачке для хранения противотанковых ракет.
— Ничего такого я не обнаружил. Хотя, стоит проследить историю этой тачки в транспортной инспекции. Там может быть немало интересного. Все-таки огонь, вода и медные трубы для нее суровая реальность.
— Так же, как и для хозяина. Мы все проверим. Штрафы, фоторадары, страховки. Не волнуйся.
— Вот это я люблю. — Лесневский лукаво улыбнулся. — И не забудь, что машина проехала только пять километров с места стоянки. И ни метром больше.
— Значит, это был не Бондарук.
— Он не приложил палец к этому похищению, — подтвердил Лесневский. — В буквальном смысле, разумеется. Хотя, мог сидеть за рулем. Отпечатков у нас выше крыши. Результаты завтра.
— То есть ты намекаешь, что нам надо искать гаражи в радиусе пяти километров, так?
— Наконец дошло! — Лесневский упер руки в бока.
— Но там радиус леса километров тридцать! И нет никаких построек. Выходит, что он стоял под открытым небом, может, в шалаше.
— И вот это меня с самого начала смущает, братан.
Какое-то время они стояли молча. Доман сдался и закурил.
Лесневский не успел остановить коллегу.
— Сделал компьютер за сто тысяч и вмонтировал газ? — думал вслух Доманьский. — Чего ради? Пан — эксцентрик?
— Здесь все делалось зачем-то.
— Лучшее приберег для финала, да, каналья? — догадался Доман. Он выпрямился и ждал. — Давай десерт!
Техник снял красный военный берет и взлохматил редеющие волосы. Потом направился к багажнику. Доман потопал за ним.
— Здесь должен находиться газовый баллон. — Лесневский поднял покрытие из войлока. — А лежит вот это.
В углублении для запасного колеса майор увидел сверток в клетчатом пледе.
Доман не вытерпел, надел перчатку и сорвал плед. Под ним он обнаружил аккуратно уложенные по размеру пилы, тесаки, металлические прутья и старый револьвер типа «Бульдог» с обрезанным прямо у самого барабана стволом. Доман хотел поднять его и рассмотреть поближе, но Лесневский остановил его.
— Он неисправен, — пояснил. — А вообще, это только половина арсенала. Мы забираем это все в цианоакрилатовую камеру. Нет смысла копаться с этим всем здесь, поштучно. Так только оставил пока, чтоб тебе показать.
— Для эффекта? — закончил майор. — Хотел увидеть мою мину?
— Именно. — Лесневский растянул губы в широкой улыбке. — Конечно же мы проверим, не подходит ли этот обрез к дыркам в кузове.
— Ох, как бы тогда все пело и плясало, — размечтался Доман. — Иншалла!
— А в багажнике этого старичка мы обнаружили настоящее сокровище.
Техник подошел к стене и указал на другой автомобиль — голубой «фиат» Залусской. За сломанную ручку он поднял туристическую сумку-холодильник. Открыл. Под слоем замороженного мяса, нарезанных овощей и ванильного мороженого находились целлофановые емкости с длинными трубками, заканчивающимися иглами. Пакеты были профессионально подписаны и содержали бурую жидкость.
— Человеческая, — техник предупредил вопрос Домана. — Один был поврежден, поэтому я сразу же удовлетворил свое болезненное любопытство. Мы используем для этого агаровый гель, старейший и самый простой метод в мире. Пацаны из лаборатории сделают анализ, и ты еще сегодня вечером узнаешь, кому она принадлежала: даме или джентльмену.
— Сколько ее там?
— Почти шесть литров. Столько, сколько содержит кровеносная система среднестатистического человека.
— Это кровь одного человека? — с трудом произнес Доман.
