– И я поняла, что ее застрелили. Кто-то пришел, выстрелил в нее и… и ушел! И случилось это, когда я тоже была в доме! И занималась уборкой! Меня тоже могли убить!
– И вы никаких подозрительных звуков не слышали? Выстрел? Громкие голоса? Крики?
– Совсем ничего. Робот довольно шумно работает, ничего не поделаешь, это старая модель. Новые работают совсем тихо. Наверное, тогда я бы услышала посторонние звуки, а так – нет.
Полицейские к этому времени уже осмотрели тело и подтвердили первоначальное предположение свидетельницы.
– Рана огнестрельная. Стреляли с близкого расстояния, шагов с пяти-семи.
Также полицейские убедились, что оружия нигде поблизости не наблюдается.
– Значит, оно до сих пор у преступника. Придется обыскать поселок.
Услышав это, уборщица задрожала еще сильнее.
– Обыскать? Это значит, всем станет известно про… ЭТО?
– А как вы хотели? Конечно!
– И про меня тоже все узнают? – настаивала Лариса. – Что это я вас вызвала, да?
– Вас что-то тревожит?
Уборщица кивнула и обреченно произнесла:
– Меня уволят!
– За что?
Но женщина не ответила на вопрос, она схватилась за голову и застонала:
– Господи, о чем я только думала! И зачем только я вам позвонила? Да еще назвалась своим именем! Дура я, дура! Всегда такой была, за это теперь и страдаю!
– В чем дело? Вы можете нормально объяснить?
И тут выяснились удивительные подробности жизни в Дивногорске. С каждого, кто заселялся или приезжал работать в это место, брали своеобразную подписку о неразглашении всего того, что происходит внутри поселка.
– Нам сразу же объяснили, что все возникающие проблемы решаются самими жителями. А я была в панике и совсем забыла об этом! И теперь меня уволят!
– Ну пожар – это я еще могу понять, хотите гореть, дело ваше. Кражу отчасти тоже могу понять, сумели поймать вора или хулиган договорился с пострадавшей стороной полюбовно, ладно. Но убийство? Извините, тут уж форс-мажор. Такая ситуация аннулирует любые подписанные вами договора.
Лариса моментально посветлела лицом.
– Вы так думаете?
– Именно так.
– Мне терять работу никак нельзя. У меня мама больная в городе, ей лечение дорогостоящее требуется. Только ради мамы я и согласилась пожить в этом месте.
Платон заверил женщину, что все будет в порядке, он лично проследит за тем, чтобы Лариса сохранила свою должность.
– А теперь было бы неплохо установить личность убитой.
– Так я вам скажу ее имя! – обрадовалась Лариса. – Зовут ее Анна, а фамилия ее Крючкова. Дом куплен на имя родителей – Лукерьи и Георгия Крючковых, но они еще не приехали, а заселилась пока что только их дочь – Анна.
После этой фразы в комнате повисла тишина. Арсений с Фимой стояли словно оглушенные громом. А потом дружно шагнули к телу убитой девушки, желая взглянуть ей в лицо.
Пуля попала в висок, застряв где-то внутри. Поэтому лицо не пострадало, снаружи имелось лишь небольшое входное отверстие и струйка крови, которая уже запекалась. Разглядеть убитую удалось после того, как полицейские перевернули ее на спину.
– Она! – ахнула Фима. – Лена!
Платон услышал ее и запротестовал:
– Нет, нет, убитую звали Анной.
– Ее зовут Лена. И она не является дочерью хозяев дома. Это актриса, которую они наняли, чтобы она приехала в Дивногорск под именем Анны. В то время как настоящую Анну ее родители одурманили какой-то дрянью, завернули в ковер и в таком виде отправили подыхать в старый гараж. Так что настоящая Анна вчера была отправлена в больницу в крайне тяжелом состоянии, и приехать сюда она при всем своем желании бы не смогла.
Арсений кивнул, подтверждая каждое сказанное Фимой слово.
– Мне кажется, я знаю, как все случилось. После убийства своих, скажем так, работодателей Лена решила: чего добру пропадать, поеду, отдохну немножко, покупаюсь в озере, погуляю по лесу, подышу свежим воздухом.
– Да, да, она ведь говорила, что давно мечтала о таком отдыхе. И ее явно не смутил тот факт, что хозяева дома мертвы, а настоящая Анна находится в больнице.
– Ей показалось, что так будет даже лучше. Никто не посмеет ее остановить. А маршрут до Дивногорска был ею уже выстроен, прочие мелочи они с Крючковыми тоже уже обсудили.
– Но Крючковы же незадолго до своей смерти отказались от своей идеи нанять Лену!
– Вот только выплатить актрисе неустойку они не успели. Девушка чувствовала себя обманутой. И, наверное, Лена решила, что небольшой отдых на природе с лихвой компенсирует ей потраченные усилия.
– Девушка не обладала большим умом, а иначе бы держалась от этой истории подальше.
– Где есть два трупа, вполне возможно появление третьего.
– И он, как мы видим, не заставил себя ждать.
Платон почесал в затылке и в растерянности посмотрел на убитую:
– Но вы уверены, что эту девушку зовут Лена, а не Анна?
