– Осенью того же года мне, еще молодому следователю, неожиданно поручили расследовать одно чрезвычайное происшествие. 10 сентября в аэропорту Душанбе был задержан неизвестный мужчина, который ночью проник на третий этаж здания, где расположена диспетчерская служба аэропорта, и повредил все оборудование управления взлета и посадки самолетов. При нем были обнаружены географические карты территории Афганистана и Пакистана. Возникло подозрение, что это диверсант или террорист. Дело в том, что вечером 10 сентября в Душанбе пролетом из Ханоя через Индию прибыл Председатель Совета Министров СССР Алексей Николаевич Косыгин. Я должен был в составе группы сотрудников обеспечивать его безопасность. Примерно в 11 часов вечера Косыгину по правительственной связи позвонил Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев и попросил вылететь в Пекин для переговоров с премьер-министром КНР Чжоу Эньлаем. Причиной была напряженная ситуация на межгосударственной границе двух стран после вооруженных столкновений на острове Даманском. Примерно в час ночи Косыгин вылетел в Пекин, а спустя час после его вылета произошел описанный выше инцидент. Николай Павлович Фирстов назначил меня следователем по этому делу, а сам возглавил группу расследования. Утром 11 сентября в следственный отдел доставили задержанного. При нем был паспорт на имя гражданина СССР Костюкевича Юрия, прописанного в Кировоградской области Украины. На первом допросе он заявил, что прибыл из Украины и намерен перебраться через Афганистан или Пакистан в Германию. Поскольку возникло подозрение о подготовке покушения на главу правительства СССР, то этим делом заинтересовались в Москве. Из центра прибыли два специалиста. В процессе его допроса и других следственных действий появились основания для проведения экспертизы на предмет его здоровья. Вскоре из Украины поступили документы о том, что Костюкевич страдает шизофренией. После проведения дополнительной судебно-психиатрической экспертизы в Душанбе этот диагноз подтвердился. Дело было расследовано и передано в суд. Решением суда правонарушителя отправили для лечения по месту постоянного жительства. Это было мое первое уголовное дело.
– Но были и другие?
– В 1969–1971 годах я принимал участие в расследовании еще ряда дел, как по нарушителям государственной границы, так и в рамках начатой Юрием Владимировичем Андроповым борьбы с теневой экономикой. Я имею в виду дела о крупных валютных махинациях в Таджикистане, поставках больших партий неучтенных тканей из Таджикистана в Ригу и расследование дел в отношении нарушителей государственной границы.
– Ваша информация подтверждает начатую в 70-е годы Андроповым кампанию по борьбе с «цеховиками». А когда Вы перешли на руководящую работу?
– С 1972 по 1975 год я работал в оперативном подразделении и инспекции при председателе КГБ Таджикской ССР генерал-лейтенанте Василии Тарасовиче Шевченко. В 1975 году председателем стал генерал-майор Евгений Иванович Первенцев, легендарный контрразведчик, который до этого был председателем КГБ при СМ Якутской АССР. Он существенно повлиял на качество оперативной работы таджикских чекистов. При нем я возглавил партком КГБ Таджикской ССР.
– Приближались афганские события…
