Свет внутри горел лишь в кухне, где Трипп устроил себе что-то вроде полночного ужина. На столе рядом с недоеденным мороженым лежали куски холодного мяса и хлеб. Эта большая, продуваемая сквозняками комната с двумя плитами и огромным холодильником больше подошла бы для приготовления банкетов, чем для нужд дюжины студентов колледжа. Впрочем, когда в город приезжали выпускники, Костяные устраивали им достойный прием.
– Как ты узнала, что я здесь? – спросил Трипп, поспешно убирая остатки еды в холодильник.
– Поторопись.
– Ладно, ладно. – Алекс не удивилась бы, что в под завязку набитый рюкзак он припрятал еще еды. Похоже, для Триппа Хельмута настали трудные времена.
– Как ты сюда попал? – поинтересовалась Алекс, пока он запирал дверь.
– Я не сдал свой ключ, – пояснил он по пути к «Доджу» Тернера.
– А они не спрашивали?
– Сказал, что потерял.
Ничего удивительного. Зная Триппа, было легко поверить, что этот бедолага способен потерять не только ключ, но и все содержимое карманов.
– Господи, – пробормотал Трипп, когда Алекс следом за ним скользнула на заднее сиденье «Доджа». – Полицейский?
– Детектив полиции, – резко проговорил Тернер, бросив взгляд в зеркало заднего вида.
– Да, конечно, простите. Я…
– Лучше помолчи и подумай, пока есть время.
Трипп опустил голову. Алекс поймала в зеркале взгляд Тернера, и тот слегка пожал плечами. Чтобы втянуть Триппа в это дело, стоило его хорошенько напугать, а Тернеру отлично удавалось устрашение.
– Куда мы едем? – спросил Трипп, когда машина свернула на Чепел-стрит.
– В Дом «Леты», – пояснила Алекс.
По большей части члены обществ считали «Лету» утомительной необходимостью, средством успокоить администрацию Йеля, и редко кто из них утруждал себя посещением Il Bastone.
– Что ты делаешь в кампусе? – спросила Алекс.
– И даже не пытайся выдумывать, – заметив колебания Триппа, рявкнул Тернер.
Слава Богу, полицейский решил ей подыграть.
Трипп снял бейсболку и провел рукой по грязным волосам.
– Я… Мне разрешили посещать занятия вместе с группой, но к экзаменам не допустили. Баллов не хватило. А отец сказал, что не станет оплачивать еще один семестр, так что я просто… подрабатываю, делаю рекламу для ребят из агентства недвижимости «Маркхэм». Я неплохо дружу с «Фотошопом». Пытаюсь скопить денег, чтобы закончить универ, получить степень и все такое.
Отсюда и набитый едой рюкзак. Хотя Трипп, подавая заявление о приеме в какой-нибудь инвестиционный банк или торговую фирму на Манхэттене, вполне мог солгать и указать в резюме «Бакалавр экономики Йельского университета». Имя Хельмута открывало все двери, и никто не стал бы задавать вопросов наследнику семьи в третьем поколении. Впрочем, она не собиралась вмешиваться. Туповатый и довольно честный по натуре Трипп вряд ли пошел бы на столь откровенный обман.
Он был неплохим парнем. Наверное, только этими словами его и можно было охарактеризовать. Не слишком привлекательный, не подающий особых надежд, особо ни в чем не выделяющийся – просто неплохой. Он приятно проводил время и упускал вторые шансы, слушал Red Hot Chili Peppers. Трипп нравился далеко не всем, но его с радостью терпели, ведь одним своим видом он выражал беззаботность. Впрочем, похоже, у отца Триппа все же иссякло терпение.
– Что со мной будет? – поинтересовался парень.
– Ну, – медленно протянула Алекс. – Мы вполне могли бы сообщить руководству Костяных, что ты проник на их территорию.
– И совершил кражу, – добавил Тернер.
– Я ничего не брал!
– Ты заплатил за еду?
– Нет… не совсем.
– Или, – продолжила Алекс, – мы сохраним все в тайне, но взамен ты выполнишь для нас кое-какую работенку.
– Какую именно?
Вполне способную окончиться смертью или расчленением.
– Тебе придется нелегко, – проговорила Алекс. – Но я знаю, что ты справишься. Возможно, даже немного подзаработаешь.
– Правда? – Поведение Триппа тут же изменилось. Никакого недоверия, ни толики настороженности. Всю жизнь возможности сами плыли ему в руки, так что и сейчас он не стал задавать вопросов. – Заметано, Стерн. Я знал, что с тобой можно иметь дело.
– С тобой тоже, приятель.
Согнув пальцы в кулак, Алекс подставила руку для удара. Трипп просиял.
