Одержимый полностью

На следующий день, сидя рядом с Мерси на лекции по современным поэтам, Алекс вслушивалась в слова «Приглашения мисс Марианны Мур». «Ты в черной шляпе, чьи широкие поля для ангелов приют, – число их знают только Небеса, пожалуйста, прилетай». Читая подобные слова, мысленно прокручивая в голове, Алекс всегда чувствовала притяжение другой жизни. Она так ясно видела, как проживает ее, – впитывала воспоминания Серых, слушала ужасные, но берущие за душу строки «Ягненка»[17] или откладывала ручку, когда профессор на лекции по истории, посвященной Пелопоннесской войне, сравнивал Демосфена с Черчиллем. «Победители сами выбирают, кого превозносить оплотом против тиранов, а кого глумливо величать врагом неизбежных перемен». В подобные моменты она чувствовала нечто более глубокое, чем просто потребность выжить, на краткий миг могла представить, каково это – иметь возможность просто учиться и перестать все время лезть из кожи вон.

Алекс поймала себя на мысли, что фантазирует о жизни не только без страхов, но и без амбиций. Она бы читала, ходила на занятия, жила в квартире с хорошим освещением и ощущала любопытство вместо паники, когда кто-то упоминал бы неизвестных ей художников или авторов, с творчеством которых еще не познакомилась. Она держала бы стопку книг на прикроватном столике и слушала радиопрограммы наподобие Morning Becomes Eclectic, понимала шутки и умела выражать свои мысли, и даже могла бы позволить себе досуг.

Впрочем, сейчас на иллюзии не было времени, ведь убийства преподавателей вполне могли оказаться на совести обществ. Да и сколько еще продержится заключенный в защитный круг Дарлингтон? До Хеллоуина осталось меньше двух недель, а впереди ждал ритуал, где в случае неудачи она могла умереть, а добившись успеха – потерять все. Алекс снова ощутила ужас и мучительное предчувствие грядущей неудачи. Красота поэзии и закономерности исторических событий отступили на задний план, заставляя вернуться в унылое, тревожное настоящее.

В середине лекции Доуз прислала сообщение, и по пути на следующее занятие Алекс набрала ее номер.

– Что-то не так? – с ходу поинтересовалась она, когда Доуз взяла трубку.

– Нет. Хотя есть кое-что. Тебя вызвал новый Претор.

– Сейчас?

– Нельзя и дальше откладывать встречу. После… случая в «Свитке и ключе» Ансельм так и не устроил чаепитие и… Претор начинает нервничать. Он будет у себя в кабинете в Линсли-Читтенден-холле с двух до четырех дня.

Почти рядом с ее общежитием. Впрочем, эта мысль ничуть не успокаивала.

– Ты говорила с ним? – поинтересовалась Алекс. – Как он общался?

– Ну, не знаю. Как профессор.

– Он сердился? Радовался? Хоть что-нибудь скажи.

– Ни то, ни другое. Он не выразил особых эмоций, – холодно проговорила Доуз, и Алекс удивило подобное настроение Памелы.

– В какое время назначим встречу?

– Он хочет видеть тебя, а не меня. – Может, в этом проблема? Претор не желал общаться с Доуз?

– Постой, он профессор? И как давно преподает?

– В Йеле? Уже лет двадцать.

Алекс не смогла удержаться от смеха.

– В чем дело? – буркнула Доуз.

– Если он провел здесь столько времени, а мы лишь сейчас о нем услышали, похоже, у «Леты» не нашлось других претендентов.

– Не обязательно…

– Думаешь, на эту должность люди в очередь выстраиваются? Последний занимавший ее скончался.

– От сердечного приступа.

– При загадочных обстоятельствах. Этот гемор никому не нужен, так что «Лете» пришлось ухватиться за первого согласившегося кандидата.

– Профессора Рэймонда Уолш-Уайтли.

– Не знай я тебя лучше, решила бы, что это шутка.

– Он был своего рода вундеркиндом. Окончил Йель в шестнадцать лет, потом аспирантуру в Оксфорде. Он штатный профессор английского и, судя по статьям, написанным для «Федералиста», весьма старомоден.

Может, придумать какой-нибудь предлог и отложить встречу еще на некоторое время? Но что это даст? Лучше пообщаться с Претором сейчас, один на один. Иначе рано или поздно Ансельм затеет какой-нибудь ужин, где ей придется выносить на себе изучающие взгляды уже двоих представителей «Леты».

– Хорошо, – согласилась она. – Зайду после лекций.

– Когда закончишь, я буду ждать тебя возле Джонатана Эдвардса. Попытаемся найти остальные подсказки к Проходу.

– Договорились.

– Будь вежлива, – напутствовала Доуз. – И оденься поприличнее.

В этом была вся Доуз, но Алекс отлично знала, как играть свою роль.

Занятия по электротехнике велись в просторном лекционном зале, и, несмотря на все усилия, сегодня Алекс не могла сосредоточиться – впрочем, как обычно. Этот курс, вероятно, считался самым демократичным в Йеле, поскольку все присутствующие находились здесь скорее для галочки – включая Алекс, Мерси и Лорен. Большую часть занятия они тихо обсуждали, какое угощение подать перед вечеринкой, и в конце концов сошлись на текиле и желейных червячках.