Но Китчер не соглашался: «Суеверие и чушь собачья! Мы знаем, что существуют иные миры и уровни, которые предполагают использование порталов. Спросите Замочников – неужели они и впрямь верят, что с их помощью можно просто исчезнуть в одном месте и появиться в другом? Нет! Мы знаем лучше. Есть и другие миры. Так почему не рассматривать ад как один из этих миров?» Дальше в стенограмме значилось «громкие аплодисменты».
На кое-что из сказанного Алекс просто не обращала внимания, но поняла для себя одно: Китчер полагал, что существование ада и рая было обусловлено сделкой, заключенной между демонами и людьми. «Мы можем потреблять мясо и птицу или ввести в свой рацион простые ягоды и коренья. Точно так и же и демоны питаются нашими эмоциями. Одни предпочитают страх, жадность, гнев или похоть, другие жаждут радости. Рай и ад – всего лишь компромисс, договор, обязывающий демонов оставаться в своем мире и питаться только мертвыми».
В этот момент толпа обернулась против Китчера, и в заметках вновь возник «краснолицый» Ноунс. «Вот что значит видеть мир без Бога – не только жизнь земная, но и загробная лишена всякой высшей морали. Вы считаете нас, сотворенных Богом по Его образу и подобию, низшими из тварей, попавшими в силки робкими кроликами, предназначенными не для исследований или великих достижений, а лишь годящимися кому-то в пищу? В этом цель и судьба человечества?»
Китчер рассмеялся. «Наши тела – пища для червей. Так почему бы и нашим душам тоже не стать пищей?»
В этот момент обе стороны чуть не подрались, и был объявлен перерыв.
Алекс потерла глаза. Она не лгала Тернеру, когда сказала, что не верит в его версию потустороннего мира, навеянную воскресной школой. Но теория Китчера тоже вызывала сомнения. Откуда вообще взялась эта книга, ведь Алекс искала Лайнуса Рейтера?
Она пробежала глазами указатель, ища любое упоминание о нем. Палец сам скользнул к букве «В» – вампир. В списке была указана одна страница.
Китчер: Что скажете насчет вампиров?
(Насмешки со стороны собравшихся.)
Герман Мозби: А кто дальше? Лепреконы и келпи?
(Призыв к порядку от председателя.)
Китчер: Вы никогда не задумывались, почему в наших историях одни пленяют, а другие пугают, и красота соседствует с уродством? А ведь эти противоположности лишний раз доказывают, что демоны существуют и в нашем мире. Одни из них питаются страданием или ужасом, другие предпочитают желание, принимая при этом обличья, весьма способствующие пробуждению этих эмоций.
(Председатель дает слово Терренсу Глибу.)
Глиб: А кровь в этом сценарии является средством или побочным эффектом процесса?
(Смех собравшихся.)
– Побочным эффектом, придурок. – Алекс потрогала пальцами повязку на шее.
Она вспомнила красавца Лайнуса Рейтера в белом костюме. Зачем вампиру заниматься грязными делами? Ведь когда есть власть и бесконечный запас времени, можно найти тысячу способов заработать деньги. А если он питается отчаянием? И сами деньги ничего не значат, лишь служат средством обеспечить постоянный рацион из страха и людской нужды? Алекс вспомнила прихлебателей, ошивавшихся в доме Итана, неудачников из Граунд-Зиро, собственную жизнь, полную мучительной тоски и опустошения, разбавляемую лишь обрывками надежды в те моменты, когда сигареты, алкоголь или таблетки валиума даровали ей подобие покоя.
