— Ладно, расслабься, на него не только ты зуб держишь. Полкан тоже на него включил счетчик. Так что пацан попал, мама не горюй.
— Он че, наркоман?
— На гер еще не сел, но с таблеток перешел на что покрепче.
— Дебил, — спокойно выношу диагноз Захару, допиваю виски. — Скок он там должен тебе?
— Вроде полтос.
— Не хило молодежь нынче гуляет у тебя в клубе, — ставлю стакан на стол, достаю мобильник, перевожу деньги на счет Демида. — Я пойду.
— По поводу Геры что? Хотелось бы в июне дышать свободнее.
— Думаю до июня с ним разберемся.
— Если все получится, многие с радостью будут тебе должны. Ты не такая сука, как этот урод.
— Не боишься, что я займу его место?
— Если бы ты хотел, не ушел от Клима, — опускаю глаза. Клима есть за что благодарить, хотя бы за то, что взял под свое крыло, не дал опуститься на самое дно. И да, он думал, что я займу его место, стану руководителем крупной криминальной группировки, но мне хватило ума подумать о будущем. Спать всю жизнь с пистолетом под подушкой, находиться с охраной все двадцать четыре часа в сутки, не иметь ни семьи, ни друзей и много других нюансов, непонятных для обычных людей, — слишком высока цена для подпольной власти.
— Пацана не забейте только, — говорю напоследок, прежде чем покидаю кабинку Демида и возвращаюсь домой. Обнимая Диану, окончательно убеждаюсь, что готов принадлежать вот этой малышке, отдать ей себя всего с потрохами, быть ее опорой, защитой. Быть для нее всем, как она для меня. И моя одержимость как-то незаметно преобразовалась в совершенно противоположное чувство. Чувство безграничной любви, о которой страшно пока говорить.
PRO Диана
— Как тебе этот наряд? — подруга отодвигает тяжелую шторку примерочной и появляется передо мной в красивом кружевном наборе нижнего белья.
— Очень красиво. У тебя появился мужчина? Мне казалось, что ты соотечественников не воспринимаешь.
— Глядя на твоего Адама, я решила дать некоторым шанс, — подруга крутится перед большим зеркалом.
Три дня назад у нас дома прошла дружеская вечеринка. Спонтанная, неорганизованная, но получилась очень душевная. К Адаму без приглашения приехал друг, я его вспомнила, этот был тот самый мужчина в доме Кирсановой. Впрочем, Альбина тоже с ним приехала. Девушка удивилась, но дружелюбно улыбнулась. Данияр оказался замечательным собеседником, шутником. Чуть позже к нам присоединился еще один друг, Эдуард, с женой. Они радостно сообщили, что скинули детей на бабушек и вырвались на свободу. Глядя на эту пару, на то, как нежно они друг на друга смотрят, улыбаются, я почувствовала в груди знакомое чувство умиления. Это чувство было со мной, когда смотрела на папу с мамой. И неожиданно появилась Марьяна с несколькими бутылками игристого вина. Адам одобрительно хмыкнул, недовольство по поводу присутствия подруги не проявил. Я впервые увидела его в окружении людей, которым он доверяет, с которыми отпускает над собой контроль. Оказывает Адам умеет юморить, пошлить, с азартом принимать участие в настольных играх, которые случайно нашлись в шкафу Данияром. Я увидела совершенно с другой стороны, и эта сторона мне пришлась по душе. Очень. Словно я нашла своего по духу человека. Это было неожиданным открытием, над которым потом полночи думала.
— Ты ничего покупать не будешь? — Марьяна придирчиво осматривает меня с ног до головы. — Уверена, что вам эти долгие прелюдии ни к чему, но знаешь, пресный секс приедается очень быстро. Надо в отношения иногда добавлять перчика.
— Поверь мне, перчика хватает.
— Верю, но это не означает, что ты должна отказываться от покупки хорошего белья. Девушка должна носить очень эротичное белье, словно у нее всегда секс.
— У меня всегда секс будь я в белье или без.
— Ди, какая ты зануда! Как тебя только Адам терпит! — возмущенно фыркает. — Иди, присмотри себе комплект, без покупки ты не уйдешь. Устрой своему Церберу сегодня жаркую ночку, — подмигивает, я краснею.
Мне не нравится обсуждать столь личные темы даже с Марьяной. Всю жизнь думала, что отношения в постели касаются только двоих. Адам знает меня вдоль — поперек, знает мои чувственные точки, выводит меня на сильные эмоции, толкает в пропасть страсти, с удовольствием наблюдая, как я захлебываюсь, взлетаю и разбиваюсь. Он меня убивает, потом оживляет. Я не знаю, как я буду жить после него, смогу ли потом построить другие отношения, не сравнивать, не тосковать по его рукам, губам, улыбке, ласке — сейчас я максимально впитываю все в себя, что он дает. Что будет после нашего расставания — лучше не думать, жить сегодняшним моментом.
На глаза попадается довольно простой, но именно своей простотой и элегантностью подкупает черный комплект. Я беру свои размеры, иду в примерочную. Все же смысл в словах Марьяны есть, ощущение атласа на коже будоражит, мысль о том, как вспыхнут карие глаза, возбуждает. Смотрю на себя, прикусываю губу. Глаза блестят, от меня на расстоянии веет сексуальностью, желанием.
— Оу, детка, да ты ходячий секс, — подруга одобрительно качает головой, встает за моей спиной, распускает мои волосы. — Красивая ты, Ди.
