Но сам Владимир Путин будет, конечно, в планах своих опираться на людей, которые радикальнее, примитивнее, которые дадут ему надежные гарантии. Не знаю, армия ли это будет — такие условные администраторы, типа Рогозина (потому что Рогозин, конечно, по природе своей не администратор, он именно такой, рискнул бы я сказать, пассионарий, но в масштабе, конечно, комнатном). Возможно, что это будет какая-то искусственно созданная национально-ориентированная группировка. Но все, что у нас делается сверху, получается довольно официозно и плохо, поэтому, скорее всего, это будет что-то из уже имеющихся сил, но вот таких самодеятельных. И на них в какой-то момент поставят, им будут усиленно помогать.
Конечно, вот с этой идеей Русского мира они уже принесли достаточно много зла и своей стране, и окрестностям. Конечно, во многих отношениях — и в своих теоретизированиях, и в своем искусстве, и в своей художественной практике — они уже обделались по полной. И поэтому волна национал-шовинизма, поднятая у нас после 2013–2014 годов, конечно, сейчас идет на спад. И правильно совершенно говорит Валерий Соловей о том, что «Крым перестал быть абсолютным козырем», и так далее.
Но тем не менее тема национального унижения, которому Путин как бы поддается пока, ярко не возражает ему, — это стратегически с его стороны. И очень, кстати, точно, что он не отвечает сейчас воинственной риторикой, миролюбиво выступает в Сирии, разрешает спортсменам поехать на Олимпиаду. Ему надо стать президентом национального унижения, чтобы на смену ему пришли национал-реваншисты. Не знаю, осознанная эта тактика или нет. Человек он неглупый явно, и поэтому, конечно, исходит из такой вероятности.
Но и нам надо исходить из такой вероятности. Нам не нужно сейчас педалировать тему национального унижения. И не нужно радоваться тому, что Трамп — человек как раз, в отличие от нашего президента, по-моему, мыслящий довольно примитивно и не надолго рассчитывающий, — нам не нужно радоваться тому, что Трамп сейчас будет зажимать Россию в угол. Как ведет себя Россия, зажатая в угол, мы знаем слишком хорошо. Поэтому вот здесь национальное унижение не должно быть вообще педалируемой темой.
Кстати говоря, развести народ на эту тему до сих пор поразительно легко. Все эти такие, знаете, пузатые и потные отцы семейств, диванные стратеги и пивные вояки — те, чьими силами делаются все пивные путчи, — они, конечно, не очень хороши в бою и, надо сказать, в идеологической полемике вообще ни на что не способны. Но они громкие. И постоянные крики о том, что «не надо дразнить мишку, а то можно его и разбудить — и тогда он начнет всех мочить балалайкой» — ну, это такая пошлятина! Мне кажется, что сейчас как раз России выгодно, да и Западу, по большому счету, выгодно не унижать ее сильно. Потому что именно вот это «унижение паче гордости», эти постоянные разговоры, что «мы поставили на колени, порвали в клочки (этим и Обама грешил, и сейчас Трамп этим грешит) — это лучший способ подогреть в России национал-реваншизм.
Каковы перспективы этого национал-реваншизма, сказать трудно. Но учитывая реванш довольно темных сил, которые сейчас в Европе и по всему миру, 2013 и 2014 годы покажутся жаткой репетицией. Вот как раз у этих самых людей, которые сейчас вдохновляются примером Ким Чен Ына, у них будут все возможности спихнуть Россию в грандиозную войну. А грандиозную войну с уничтожением страны они всегда предпочтут национальному унижению, как они его понимают. Поэтому 2024 и 2030 годы могут оказаться в истории человечества самыми опасными. И виноваты в этом не в последнюю очередь будут те, кто сегодня громче всех кричит о победе над Россией, об унижении России. Это как раз вот такие неумеренные и, в общем, не очень умные люди.
Это то, что я могу ответить на ваши вопросы, и то, что меня, в общем, довольно сильно волнует самого, потому что идеология национал-реванша в России далеко не исчерпана.
А вот что меня совсем не волнует и даже до известной степени раздражает — это вопросы, типа:
«Дмитрий Львович, здравствуйте. Какие книги вы бы порекомендовали прочитать молодому человеку в 25 лет? »
Понимаете, я же не товаровед, в общем. И я совершенно не занимаюсь такими практическими рекомендациями. Молодому человеку к 25 годам уже важно главные книги прочесть. Если он их еще не прочел, к ним не приступил, то ему уже и не надо этого делать. Во всяком случае, перечитывать эти книги можно бесконечно, а вот читать… Я думаю, что и «Войну и мир», и «Улисса», и «Уленшпигеля», и Кафку, и «Швейка» нужно прочесть до 25 — прежде всего потому, что молодой ум более восприимчив. А тем, кто еще пока не дошел до этого, тем, кто еще не приступил — ну, видимо, у них какие-то другие, какие-то иные у них приоритеты.
