– Не возражать! – процедил бандит. – Выдру – бросить. Тебе за работу пятьдесят. Без
аванса. Завтракаем на ходу. Всё, в путь!
С этими словами он отвернулся от меня. Я стоял с обиженной мордой, держась за ухо,
но ликуя в душе. Вот так, вы у меня на крючке!
Когда Зверобой шагнул к палатке, я поймал взгляд пленной женщины. Внимательный и
настороженный взгляд.
Глава десятая
Калуга. Встреча на болоте
Если бы я действительно знал болото так, как говорил, все было бы ничего, однако мы с
Михаилом бывали здесь нечасто и местность я изучил не слишком хорошо. Из-за этого
приходилось быть вдвойне осторожным: и чтобы не вляпаться куда не надо, и чтоб не выдать
себе перед теми, кого взялся вести.
Вооружившись палкой, я шел впереди отряда. И буквально физически ощущал тяжелый
взгляд Зверобоя, который иногда устремлялся мне в спину. Ясно было: он не доверяет
болотному проводнику Стасу. И никогда не будет доверять.
Еще опасения вызывал Рыба. Почему-то он, в какой-то момент насторожившись, стал
относиться ко мне с агрессивной подозрительностью. Бандит с мертвыми глазами даже
оживился немного, на снулом лице его появилось подобие чувств, теперь он постоянно
наблюдал за мной, как будто пытаясь поймать на лжи или лукавстве. А я все не мог понять,
что же его насторожило. Ведь не мог он узнать ни моего лица, ни голоса! В чем же дело? Это
было совсем непонятно.
Потыкав палкой перед собой, я осторожно шагнул на мягкую кочку, с нее на другую,
перепрыгнул на участок почти сухой земли и, приподнявшись на цыпочках, поглядел вперед.
Туман немного рассеялся, но дальше метров пятнадцати видно было все равно не очень. Я
снова зашагал, кинул взгляд через плечо: отряд растянулся двумя длинными цепочками.
Прямо за мной шел Шутер, потом Зверобой и Кузьма, за ними пленница по имени Аля, рядом
Фара. Он вообще далеко не отпускал ее от себя, все время старался держать рядом. Позади,
немного по сторонам, шагали Серый с Томатом, за ними Рыба, Боров и замыкал шествие
молчаливый Павлуша. Верной дорогой идем, товарищи. Меня звать Сусанин, и я – ваш
герой.
– Эй, Стас! – негромко позвал Фара, перешагивая через ствол упавшего дерева. – Долго
мы уже идем. Далеко до Гниловки?
– Что с того, что долго, – пожал я плечами. – Далеко еще, да. Это же болота, здесь все
расстояния в пять раз больше становятся.
– До вечера хоть туда попадем?
– Попадем, но надо будет сделать небольшой привал. Жрать уже и сейчас охота, скоро
вообще брюхо подожмет. А в болоте на ходу не едят. Дойдем до более-менее сухого и
твердого места, встанем на часок, потом дальше.
– А что, есть тут такие, сухие и твердые? – с любопытством спросил Шутер.
– Попадаются, хотя редко. После привала – прямиком к Гниловке. В ней заночуем.
– А от нее до края болота сколько? – заговорил Зверобой.
– Час, максимум два. Рано с утра подъем, когда только рассветет, и быстро дойдем. Это
не проблема, но вот сейчас, скоро уже, самая топь начнется. Вот она и есть проблема.
Поэтому… – Я остановился, поглядел назад и повысил голос: – Всем идти ровно! Эй ты, там!
Здоровый!
– Ну? – прогудел Боров.
– В сторону не отходить, говорю! Идти двумя рядами за мной. Что не ясно?
– Да ясно, ясно.
Я пошел дальше. Болото тянулось и тянулось: серо-зеленое, бледное, туманное,
казавшееся безжизненным. Но это лишь с виду, а на деле… То булькнет невдалеке, то ухнет в
тумане, пузыри по поверхности побегут, зашевелится растущая из воды трава. Что-то там
прячется в глубине, шевелится, плавает, спит и жрет. Болота живут своей тайной жизни, но
нас эта жизнь пока не трогает, что хорошо.
Трижды обходили аномалии. Один раз это был «газовый карман», булькающее
желтоватое озерцо, еще на подходе к которому запахло аммиаком, и дважды – незнакомые
образования, похожие на облака голубоватой кристаллической ваты, плавающие на
поверхности воды. Одно было поменьше, размером с взрослого горбуна, а второе – как
легковой автомобиль. Облака лежали густыми пенными шапками, посверкивая мириадами
вспышек, вокруг аномалий расходились концентрические круги искажения. Будто мелкая
круговая рябь на поверхности воды, но тут рябило само пространство.
– Что это?! – взволновался Шутер, когда мы увидели незнакомую аномалию.
Я понятия не имел, как ответить на его вопрос, но по воцарившемуся сзади молчанию
понял, что ответа ждут все, и брякнул первое, что пришло в голову:
– «Туча».
– Как? – переспросил Фара. – «Туча»?
– Ага, так назвали. «Болотная туча». Видите же, на облако смахивает.
– Про такую аномалию не слышал, – сказал Зверобой.
– Потому что они появились недавно. Главное, никто не знает, чем опасны.
– Это как это? – удивился Шутер.
– А вот это так это. Думаешь, кто-то рискнул подойти близко? Смотри, какие колебания
вокруг этой штуки, мелкие так…
– Да, вижу я, вижу! Но что это колеблется? И ничего не страшно с виду!
– Молодец, зоркий, раз видишь. Только глупый, раз не боишься.
– Шутер, алё! – позвал сзади Серый. – Сходи туда, потом расскажешь.
– Сам иди!
– Нет, я не пойду. У меня аллергия на аномалии.
– А у меня аллергия на дураков.
