А в глубине души далекий голос говорил обратное. Кричал, смеялся, ликовал. Голос убийцы, психа, который наслаждался страданиями других. Он кайфовал, видя мучающуюся Юлю. Каждая пролитая капля крови была для него благословлением, ведь это было его целью и смыслом существования. Льющаяся кровь стала потоком очищения, он хотел сделать этот мир добрым и светлым. Только эта доброта отличалась от общепринятой. «Нам нужно постараться, пустить немного крови самодовольных лживых свиней, которые заполнили наше общество. И мы будем наслаждаться каждой багровой каплей, упавшей на грязный пол, и будем жаждать еще и еще… Пока наша цель не будет достигнута».
– Никогда, никогда, – шептал я.
Но голос внутри не унимался: «Успокойся, мы все сделали правильно, она не заслуживала жизни».
– Заткнись! – закричал я. – Заткнись, заткнись, заткнись!
Обессиленный, я рухнул на диван и накрыл голову подушкой, пытаясь хоть как-то заглушить этот голос.
«Вспомни, как она отзывалась о людях вокруг, о тебе. Она никого не уважала и не ценила. Мир стал лучше без нее».
На глаза навернулись слезы.
– Нет! Так нельзя! Кто ты такой, чтобы судить?! Она же живой человек!
«Уже нет. Мы с тобой молодцы. К тому же она кричала, когда ты просил вести себя потише. Она не слушалась тебя. За это и поплатилась».
Передо мной всплыл образ Юли. Она трясет своей зачеткой, прыгает от радости, такая живая, счастливая. Пьяная, поет дурацкие песни, пока мы идем на тусовку к Диме в коттедж. Ее постоянные шуточки, бросаемые в сторону Опоссума. Всего этого больше нет. Теперь от Юли осталось лишь изуродованное тело.
– Ты болен… Я болен, – шептал я в подушку. – Уходи, уходи…
«Хорошо, оставлю тебя наедине с самим собой. Иногда это полезно. Только помни: все нужно держать в тайне. Это наш небольшой секрет. А если ты попробуешь сделать глупость, то горько пожалеешь об этом. Все будет хорошо. Поверь, я позабочусь».
Голос замолчал. Силы покинули меня, тяжелые веки опустились.
