Лу так и подозревала: у нее было очень сильное ощущение, что Анна чего-то недоговаривает, а это для нее очень важно.
– Что с ним?
– Он много пьет.
Лу ждет.
– На самом деле не просто много. Думаю, он алкоголик.
– А-а-а. – У Лу выпрыгивает сердце. Если в своей работе она встречалась с практически неодолимыми проблемами, то, похоже, это была алкогольная зависимость. Разве трагедия с Джимом не лишнее тому доказательство? А близкие алкоголиков неизбежно получают главный удар. Но если сказать об этом Анне, это ей не поможет, и потому Лу спрашивает:
– Он сейчас не с вами?
– Нет. Он предложил свою помощь в готовке, поэтому отправится прямо к Карен домой. Его не будет на похоронах.
«Это кажется эмоциональным увиливанием, – думает Лу, – это типично для поведения людей, имеющих зависимость». Но она оставляет это мнение при себе.
Звонок в дверь. Карен бежит открывать.
– Дорогая! – говорит мать, раскрывая объятия. – Моя бедная девочка…
– Привет, мама. – Карен коротко обнимает ее и отстраняется, вспомнив о ключах. – Погоди… – Она берет со стола в прихожей запасные ключи и кладет их под горшок у двери. – Извини, я просто боялась забыть.
– Ничего. – Мать сжимает ей руку. – Постой. – Она отступает, чтобы посмотреть на нее.
Карен выдыхает, в изнеможении закрывает глаза и прислоняется к стене, чтобы не упасть.
– Подойди снова, – велит мать и прижимает Карен к себе. Точно так же ее обнимал Стив, и от физического контакта Карен снова плачет. Однако объятия матери ощущаются по-другому – они совсем не напоминают о Саймоне, а вызывают отголоски далекого прошлого. Она вдыхает знакомый материнский запах – мать душится Рив Гош[25] с тех пор, как Карен была еще маленькой – и ощущает ладонями мягкую ткань ее кардигана из шерсти ягненка. Он как будто утешает. Их отношения с матерью изменились за последние годы: мама теперь нуждается в уходе, она двигается медленнее, чем раньше, как-то сжалась – и все же это по-прежнему ее мать, ее нерушимая скала.
Впервые после смерти Саймона Карен чувствует себя защищенной.
– Не знаю, что делать, – признается Анна. – Я все перепробовала.
– Это не вам нужно что-то делать, – осторожно замечает Лу.
– Что вы хотите сказать?
– Если он много пьет, то это его проблема, а не ваша.
– Это понятно, но…
Лу перебивает ее:
– Надеюсь, вы не возражаете, если я буду с вами честной, но я работала с несколькими алкоголиками, поэтому имею представление, через что вам, возможно, придется пройти.
– Я так и думала, что у вас, может быть, есть опыт, потому и решила поговорить.
– Вам, наверное, кажется, что вы сможете его вылечить…
– Да.
– Боюсь, это невозможно.
– Вот как?
– Он должен сделать это сам.
Анна молчит. Голова кажется такой тяжелой, что она едва может ясно мыслить. Менее чем через час начнутся похороны Саймона, и хотя она сказала, что сейчас подходящее время, тема слишком сложна, чтобы обсуждать ее в данный момент. Она чувствует, как ее сознание захлопывается, оставляя все эмоции снаружи. Даже ноги шагают как будто отдельно от нее, они где-то далеко внизу. Она словно в тумане, все как будто окутано дымкой.
– Пожалуй, вы правы, – говорит Анна, но ее собственный голос кажется ей далеким, как будто говорит кто-то другой. И вдруг: – Ой, прошу прощения, подождите… – Она спешит к водосточной канаве.
И ее выворачивает.
Это в основном кофе, она почти ничего не ела. Ей жарко, выступает липкий пот, ее трясет.
Через несколько секунд до нее доносится приглушенный голос:
– Анна? Анна?
Это Лу, она все еще на связи.
Дрожащими руками Анна подбирает с тротуара свой телефон.
– Да-да, извините.
– Я думаю, вам надо где-то посидеть.
– Да, конечно. – Анна присаживается на низкую садовую ограду рядом. – Нашла где сесть.
– Вы в порядке?
Она про себя усмехается.
– Угу, думаю, да.
– Вас только что стошнило?
– Угу.
– Это плохо, – говорит Лу. – Хотите встретиться?
– О нет, не беспокойтесь.
– Это ничего – я могу приехать. Я еду к маме, но могу немного опоздать. И я не задержусь, только посмотрю, что вы в порядке…
– Честно, не надо, я не могу об этом вас просить.
– Можете. – Лу не дает ей возразить: – Я еду. Я пойду с вами на похороны. Думаю, вам нужна хоть какая-то поддержка.
– Нет-нет, это невозможно.
– Возможно. О вас некому позаботиться. А вам это необходимо. Дайте мне несколько минут. Я только соберусь. Потом возьму такси и приеду к вам. Я могу отсюда доехать до Герфордшира. Это в самом деле не представляет никакой проблемы. М-м-м… – Анна слышит, что она задумалась. – В общем, мне все равно хочется прийти на похороны. Почтить память. Как бы то ни было, но я чувствую, что тоже немного знала Саймона.
Анне немного легче от этих слов: может быть, она не так уж нагружает Лу.
– Если вы уверены…
Но Лу уже все решила.
– Вы где?
