Я обхватываю ее рукой.
— Ты сейчас никуда не пойдешь.
— Да ну? — поддразнивает она.
— Конечно, ведь мы наконец добрались до «Возвращения короля»!
Я снова съезжаю с кровати и роюсь в ящике, ища кофту для Пенни, раз уж она приехала практическая голая. Швыряю шмотку ей и иду к моей сумке со снарягой.
Она натягивает кофту через голову.
— Пожалуйста, скажи, что Арагорн станет еще горячее.
— Станет, — говорю я, лишь бы услышать ее милый смех. — Внимание!
Я вытаскиваю из бокового кармана пачку мармеладных мишек и кидаю ее Пенни. Она ловит, и глаза ее озаряются, когда она понимает, что это.
— Мармеладные мишки?!
Я потираю шею.
— Я просто вспомнил, что ты их любишь.
От ее улыбки у меня спирает дыхание.
— Как это мило! — Пенни рвет пачку и закидывает мишку в рот. — Есть кто-нибудь дома? Можно мне сначала в ванную?
Через пару минут мы устраиваемся в кровати с моим ноутбуком на подушке перед нами. Вернувшись из ванной, Пенни забралась мне на колени, так что мы сплелись конечностями, но я не возражаю. Из всех просмотров «Властелина колец» этот — мой любимый, а я видел эти фильмы чуть ли не с десяток раз.
Пенни кладет мне в ладонь пару мармеладных мишек. Когда она поворачивается, чтобы меня поцеловать, от ее дыхания пахнет сладким.
— Спасибо, — говорит она. — Пусть они и вонючие. Почему они были в твоей сумке со снарягой? Вряд ли папа хочет, чтобы вы ели конфеты на скамье.
— Я всегда люблю носить с собой перекус.
Если честно, я купил их и положил в сумку как раз на такой момент. Я знал, что она улыбнется, и хотел увидеть, как эта улыбка появляется из-за меня. Это я и получил, и пусть я рад, что мы трахнулись (я и правда чувствую себя более расслабленным, готовым собраться и разгромить Мерримак), завтра я выйду на лед, думая именно об этой улыбке.
Я включаю фильм.
— Я запрещаю тебе визжать, когда на экране появятся орки.
— Но они же такие гадкие!
32
Пенни
Я не собираюсь идти на матч против Мерримака, но Дани, Эллисон и Уилл пригласили нас с Мией, и так провести пятницу будет лучше, чем засиживаться в библиотеке. Так что я подключаю привилегии дочери тренера, чтобы добыть места в первом ряду, прямо за одной из «рамок». По пути в центр Маркли мы встречаем Себастьяна и Иззи. Они идут на матч с подругой Иззи — той самой с вечеринки в Хэверхилле, с Викторией. По ходу, Виктория замутила с вратарем, Аароном Рамбо, и они, возможно, встречаются, но она не уверена и хочет заявить свои права. Еще с ними друзья Себастьяна по бейсбольной команде, Рафаэль и Хантер.
По странному стечению обстоятельств, к которому Купер точно — но я не совсем в этом уверена — не имеет отношения, у всех нас места в одном ряду. Так что к началу матча мы кучкуемся из двух групп в одну большую и готовы тусить. Рафаэлю и Хантеру двадцать один год, так что они приносят нам пива, а Мия прихватила даже не одну, а две фляжки. МакКи выходит на лед в королевском пурпуре, поднимая клюшки в ответ на крики и приветствия. Я делаю большой глоток виски. Он обжигает мне горло, но я держусь… по крайней мере, пока не вижу букву К на кофте Купера.
Это плохая, ужасная идея, но я все равно вскакиваю на ноги и стучу по стеклу, выкрикивая его имя. Он видит меня — всех нас — и подъезжает ближе.
Себастьян успевает задать вопрос первым:
— Он сделал тебя капитаном?
Если честно, Купер потрясен. Его хоккейная фуфайка до хрустящего новенькая, все ниточки на месте. Видимо, отец только что отдал ее ему в раздевалке. Мы с Купером теперь друзья. Если бы он уже знал об этом, он бы что-то сказал. Он смотрит на фуфайку, как будто в первый раз заметил букву К.
— Да, — отвечает Купер. — Почти ничего не сказал. Только что я это заслужил — и отдал мне фуфайку.
— Поздравляю, — радуется Себастьян, стуча ладонью по стеклу. Мия и остальные тоже хором поздравляют.
— Это потрясающе! — восклицает Иззи. — Мама с папой обалдеют!
— Похоже на моего папу, — говорю я, не отрывая взгляда от Купера. Он пипец какой мощный в щитках, и я хочу забраться на него, как на дерево, и сбить шлем с головы, чтобы потянуть за волосы. Но потом судья свистит и портит момент.
— Смотрите на здоровье, — говорит Купер, стуча по стеклу перчаткой. — Потом вместе все потусим, да? Не слишком веселитесь без меня. И Иззи — подожди, я хочу рассказать им сам.
Он уезжает. Я стою у стекла на секунду дольше необходимого, прижавшись к нему ладонью. Если папа заметит меня, он задумается, почему я веду себя как истомившаяся от любви жена футболиста. Мне нужно сесть, прочистить мозги и смотреть матч, но я не могу сдвинуться с места. Я ужасно рада за Купера, я знаю, как это для него важно. Но когда мы заключали договор, то решили, что наша сделка продлится до тех пор, пока он не станет капитаном.