Ослабленная после долгой войны, измученная неразберихой в отношениях, Гермиона однажды уже приняла решение. Но жизнь снова поставила ее перед выбором. Или же просто не оставила выбора?
========== Один сон на троих ==========
За заколдованным окном уже совсем стемнело, гул в коридоре за дверью стих, а часы на стене мягко щелкнули, начав отсчет следующего часа. Гарри сложил все документы в стопку, сдвинул на край стола и собирался уже убрать аврорскую мантию в шкаф и отправиться домой, предвкушая, как он два выходных дня проваляется на диване, но дверь кабинета вдруг без стука распахнулась. Правда, как-то слишком медленно и мягко. Увидев посетителя, Гарри удивленно так и замер возле своего стола.
— Гарри, ты любовник моей жены?
Услышав вопрос, Гарри удивился еще больше и медленно сел обратно на стул.
— Мы с тобой не виделись год. И вот спустя столько времени ты приходишь ко мне, чтобы задать такой вопрос? — возможно, в первую минуту Гарри выглядел смущенным или виноватым, но когда эффект неожиданности прошел, он не сдержал смешок. — Рон, мне нередко приходится встречаться с очаровательными преамбулами к беседе, но такая…
— Я задал простой прямой вопрос и жду такого же ответа, — быстро проговорил он.
— Являюсь ли я любовником Гермионы? Да или нет?
— Да или нет, — коротко кивнул Рон с необычайно серьезным видом.
— Хорошо, тогда нет конечно же.
Уизли некоторое время испытующе смотрел на Гарри, потом немного расслабился.
— Спасибо. Я тебе верю.
Но он не верил, Гарри видел это.
— Это все, что ты хотел знать?
— Это все.
Но он не уходил, продолжая все так же слегка неуверенно стоять на ногах. Или ему необходимо было выпить, или он уже был пьян. Гарри глянул на часы. Он не хотел разговаривать с Роном, не хотел тратить на него время, но ему было интересно все, что касалось Гермионы. Поэтому он предложил Рону зайти в кабинет. Тот сел на стул напротив него и угрюмо уставился в стол.
— Знаешь, я почти хотел бы, чтобы твой ответ был «да».
Гарри внимательно на него посмотрел. Что Рон ждал от него? Что Гарри с ним согласится? Насколько Гарри его знал, он не был способен на какие бы то ни было хитрые уловки.
— Почему ты этого хочешь?
— Это бы все разрешило, — ответил Рон, как будто бы это все объясняло.
Гарри это не объяснило ничего, и он промолчал, еще раз окинув Рона внимательным взглядом. За год, что они не виделись, он изменился. Волосы, все такие же ярко-рыжие, немного поредели, появились новые морщинки. А ведь прошел всего лишь год… Рон выглядел очень взволнованным и озабоченным. Гарри помнил, как тогда Рон переживал тяжелый период своей жизни, усиленно уговаривая Гермиону стать его женой. Сейчас дело было в другом. Хотя опять Гермиона… «Любовник?»
— Ты собирался уходить, — заговорил Рон. — Я тебя задерживаю.
— Я не спешу.
— У тебя назначена встреча?
— Свидание.
— Не следует заставлять ее ждать, — пробормотал Рон.
Гарри тихо вздохнул. И когда только Рон превратился в саму вежливость и учтивость с женщинами? Это злило. Как и все в нем.
— Она подождет хоть до скончания века, — бросил Гарри. — Теперь ты расскажешь мне, в чем дело? — Гарри видел, что Рона нужно подтолкнуть, что он хочет рассказать все, но почему-то боится. — У вас с Гермионой что-то не ладится? — спросил он с надеждой.
— И да, и нет, — вздохнул Рон.
Гарри захотелось прикрикнуть на него, чтобы он наконец взял себя в руки и нормально все объяснил. Но он подавил злость, сцепив в замок пальцы.
Рон нерешительно мотнул головой.
— У меня сны, Гарри.
— Сны! — это было совсем не то, что ожидал Гарри.
— Вообще, это один сон, но он постоянно повторяется. И я решил, что все-таки он должен что-то значить.
— Продолжай, — нетерпеливо потребовал Гарри, когда Рон замолчал.
— Во сне Гермиона оставляет меня и уходит к тебе.
Гарри ничего не ответил, только сел поглубже в кресло, чувствуя, как все тело пробило ознобом.
— Это странный сон, — продолжал Рон. — На самом деле, я не вижу ни тебя, ни Гермиону. С некоторых пор у нас с ней разные спальни, и мне снится, что я просыпаюсь от жуткого ощущения, что Гермиона ушла. Я знаю это. Но как знаю, описать не могу. Я иду в ее комнату, но ее там нет. Кровать смята и пуста. Я понимаю, она может быть где угодно, спуститься попить воды или еще где, но я знаю, что все это неправда. Нет никакой записки или чего-либо еще, но я знаю, что она ушла, что я потерял ее навсегда. Я просыпаюсь посреди ночи в темноте, но мне не хватает мужества пойти в комнату Гермионы и проверить, соответствует ли сон действительности. Я так и лежу до утра, съежившись и дрожа. А когда утром встречаю ее за завтраком, стараюсь делать вид, что все хорошо.
Ему и сейчас это удавалось с трудом. Лоб блестел от пота, а пальцами одной руки Рон беспрерывно массировал ладонь другой.
— Ну а я каким образом участвую? — спросил Гарри. — Ты говоришь, что я не появляюсь во сне, тогда почему ты решил, что Гермиона уходит именно ко мне?
Рон некоторое время молчал, и Гарри это все сильнее нервировало.
— Вы когда-то были очень близки, — заговорил наконец Рон и вскинул на Гарри взгляд. — И не надо меня щадить! Хоть Гермиона и ничего определенного мне не рассказывала, но я… в общем-то… догадываюсь.
Гарри сглотнул, чувствуя, как пересохло в горле. Он старался не думать о Гермионе, но это было невозможно.
