Все древние сидели напротив высокого столба, покрытого резьбой. Кажется, это был их идол. Напротив идола стоял еще один древний, судя по седым волосам, лежащих на его плечах, а еще по глубоким морщинам на лице, он был одним из старших. В его руках была фигурка, похожая на полумесяц, в которой плескалась темная жидкость. Вся грудь древнего была увешена амулетами и камнями, их было огромное количество. Рядом с этим древним стояло еще трое, они и исполняли музыку.
Все собравшиеся стояли или сидели, не шелохнувшись, словно фигуры из воска. Только музыканты шевелились, создавая мелодичные звуки с помощью своих инструментов.
Наконец самый старый древний, который, судя по всему, являлся шаманом, резко вскинул руки вверх. Так резко, что я даже вздрогнула. Музыка тот час смолкла, и мир на секунду наполнила глубокая тишина.
А потом древний заговорил на неизвестном мне языке. Остальные древние продолжали сидеть на траве, не шелохнувшись.
— Я не вижу Неры, — прошептала я Эшеру в самое ухо. — Может, это просто невинный обряд. Пойдем отсюда?
— Подожди. Смотри! — Эшер указал на другой конец поляны. Я повернулась туда, и увидела, что два древних, залитые с головы до ног чем-то черным, вели фигуру. Скорее всего человеческую, если судить по росту. Она была одета в лохмотья, а на голову натянут мешок. Я с ужасом ахнула. Не может этого быть!
— Наш враг! — наконец раздалось из уст древнего слова на знакомом языке. — На руках человека бесчисленное количество смертей наших братьев. Его действия отвратительны, причиняющие огромную боль Элипсоне, нашей матери! Каждая смерть — это шрам, а темная жидкость в моих руках — ее слезы!
Древний опустил указательный и средний палец в сосуд в руках, макнул его в черную, тягучую жидкость, а затем нарисовал ими слезы идолу, который стоял за его спиной. Каждая деталь в этом ритуале завораживала своей необычностью, холодила кровь.
— Смерть этого человека освободит наших братьев и сестер, погибших под гнетом рода людского! — громко провозгласил он. — Это жертва во благо праздника novjaro!
— Да будет так! — закричали древние.
— Kenlipo nail kat! — вторили другие.
Я повернулась к Эшеру, который тоже не мог отвести взгляда от происходящего.
— Думаешь… это?
— Нералида? — прошептал Эшер и пожал плечами. — Не знаю, отсюда сложно понять. Да и так ли это важно? Нужно спасти этого человека.
Я сглотнула. На наших глазах собираются убить нашего сородича. Я чувствовала, как все мое нутро требует отмены такой несправедливости.
— Жертва Элипсоне в этот час! — продолжал шаман. — Если кто-то возразит, то пусть встанет и выскажется сейчас, иначе будет молчать, покуда не погаснет последняя звезда!
Никто из древних не собирались вставать и заступаться за человека. Тогда шаман кивнул, и двое вымазанных в чем-то черном древних подвели связанного человека к столбу, и накинули на него новые веревки.
— Я прошу вручить в мои руки серп, закаленный в слезах нашей Матери, — повелел шаман. Я с ужасом схватилась за руку Эшера. Серп? Страшная штука, если ее использовать в ритуале. Я вспомнила об одном, что читала как раз сегодня. Выглядел он жутко — жертве выпускают кишки, и вручают в руки каждому древнему, это будоражило кровь, но в книге были вещи и хуже. Я шагнула к поляне, приготовив заклинание.
— Ты готова? — прошептал Эшер, сжимая в руках посох. Он тоже рвался в бой, не колеблясь ни секунды.
Я лишь коротко кивнула, давая понять, что готова.
Еще несколько ударов пропустило мое сердце, прежде чем мы вырвались на поляну сквозь кустарники, обрывая тем самым обряд до того, как шаман успел занести руку с серпом над своей жертвой. Я ударила молнией прямо в руку старику, и тот, вскрикивая, уронил оружие. В это время Эшер ударил посохом в своей руке по земле, и из нее вырвались толстые стебли, которые схватили за ноги нескольких древних.
Все происходило так стремительно, что многим зрителям-древним приходилось лишь наблюдать с раскрытыми ртами. Нам на встречу выбежали двое древних, создавая на ходу заклинание. Эшер сбил их с ног с помощью прорывающихся сквозь землю побегов, а затем крикнул мне:
— Прикрой меня, я пойду к столбу.
Я коротко кивнула, доставая из-за спины магическую сеть, которую швырнула в древних, стоявших на пути Эшера.
— Что вы делаете! Прекратите! — крикнул шаман, вскидывая руки. — Вы прерываете священный ритуал. Темные, схватите их!
Двое древних, облитые черной жидкостью с ног до головы, неожиданно для нас с Эшером схватили друг друга за руки и стали бежать прямо на меня, по пути превращаясь в одного большого монстра. Я с ужасом наблюдала за этой картиной, пытаясь сообразить, как отразить приближающуюся атаку. Зрелище, как два существа срастаются в одно новое, кого хочешь введет в ступор.
