— У нее множество магов, они заметят подмену еще издалека. Если бы у нас сохранился кулон Сэйдока, мы могли бы использовать его, но тот разрушился после применения воды из источника.
Следующие полчаса мы сидели в гостиной, пытаясь придумать еще что-нибудь. Эшер спросил, есть ли в замке тайный ход, через который можно было вывести хотя бы простых людей, но Винсент ответил, что тот находится в ужасном состоянии, и потребуется три дня, чтобы восстановить его. Я спросила, можно было бы нам всем уйти через этот ход, оставив замок пустым, и прихватить камни собой, но Винсент так на меня посмотрел, будто я сморозила какую-то глупость.
— Во-первых, нас будет очень много, скрыться будет сложно. Во-вторых, тайный ход слишком узкий, камни там никак не пройдут, к сожалению. В-третьих, я не буду убегать, — твердо решил Винсент. — Но мои дети должны будут уйти. Вас я не могу заставлять оставаться, но мне бы все-таки пригодилась бы ваша помощь в осаде.
— Я могу остаться, — кивнул Эшер, — но Айрин лучше уйти. Она работала на вас, но не обязана отдавать свою жизнь.
— Что? — я резко обернулась, не веря, что слышу это. Эшер хочет, чтобы я ушла?
— Согласен, — Винсент посмотрел на меня. — Айрин, ты будешь помогать выйти людям и добраться до безопасного места.
Я в ступоре посмотрела на обоих. Внутри загорелся огонек обиды.
— Я не собираюсь бросать вас, — отрезала я. — В этом болоте мы повязли все вместе!
— … И нет смысла умирать нам всем, — твердо ответил Эшер, подойдя ко мне ближе. Но я отстранилась.
— Но вам нужен маг! — пыталась спорить я. Во всех спорах я обычно уступала сопернику, не любила ссориться, поэтому сейчас все убедительные аргументы в моей голове перемешались. Я вспомню о них позже, когда спор будет проигран…
— Это бессмысленно, — покачал головой Винсент. — Одним магом больше, одним меньше…
— Тогда зачем ты хочешь остаться, Эшер? — я резко обернулась к придворному магу. — Хочешь просто умереть?
— Я должен остаться, — тихо, но твердо сказал Эшер. — Это мой долг — помочь Винсенту.
Я всплеснула руками, не в силах что-либо сказать. На глазах выступили предательские слезы. Я понимала, что Эшер чувствует долг перед человеком, который его вырастил и воспитал, это для него важнее, чем спастись вместе со мной. Но и я чувствовала себя предательницей, раз мне придется бросить их здесь.
— Тем более это тоже очень важная задача, — пытался убедить меня Винсент. — Ты должна помочь обычным людям.
Я криво усмехнулась. Тоже мне подвиг — убегать, пока они тут погибают.
— Все равно я могу вернуться назад, — в моих глазах блестели слезы, но я упрямо продолжала спорить.
— Мы засыплем тайный ход камнями, чтобы по нему не пришли враги с тыла, — отрезал Винсент. Да что же это такое! У меня создается впечатление, как будто они специально хотят сжечь все мосты, чтобы я не могла вернуться.
Я обдала обоих горящим взглядом, и, решив, что меня все равно уже больше сегодня слушать не будут, развернулась и быстро ушла, не в силах больше сдерживать гнев и обиду. Они просто решили перечеркнуть мое участие в будущей битве. Я знаю, что это решение принято не со зла, не из-за того, что меня считают бесполезной. Эшер с Винсентом просто проявляют такую заботу. Но я не хочу потом получать вести об их смерти. Не хочу бросать Эшера.
— Мы же всегда выбирались из всего вместе! — всхлипнула я, ни к кому уже собственно не обращаясь. — Я вытащила тебя с того света не для того, чтобы бросить тебя сейчас!
Но кому я это говорю. Как всегда, аргументы появляются после спора.
Вдруг меня вырвал из кокона переживаний громкий хлопок. Я даже покачнулась от неожиданности. Схватилась за стену коридора, чтобы не упасть. Что это было?
Я быстро выбежала в главный зал. Может, снова люстра упала? Но нет, та висела на месте, а внизу собралось несколько людей из города, они как и я, ничего не понимали.
А затем послышался голос. Громкий, наполняющий весь замок, знакомый и ненавистный. Голос Аквилегии.
— С вами говорит ее высочество, Аквилегия Кана, — объявил глас, и люди испуганно замерли. Я тоже замерла, вцепилась руками в перила. — Я обращаюсь ко всем жителям города и замка. Лорд Лойран считается с этого момента предателем. Он обвиняется в сговоре с древними с целью подрыва действующей власти. Доказательством служат головы этих древних. Эти древние пытались проникнуть в замок, явно хотели донести предателю какую-то информацию.
Я до боли сжала перила, чувствуя, как задыхаюсь. Мне оставалось только догадываться, о чем шепчутся люди внизу, но в этом не было ничего хорошего. И о каких головах говорит королева?
Ноги плохо слушались, я бежала к ближайшему балкону, выходящему в сторону королевского отряда. Балкон оказался рядом с главным входом, отсюда было слышно о чем говорят люди внизу в зале, и видно поле, на котором расположилась армия королевы. Впереди стояли две пики, на которых я в ужасе разглядела два висящих тела, и тут же отвернулась. Аквилегия не врала, действительно древние. Но где она их нашла, как поймала?
