Вскоре они вошли в комнату, в которой сидело пятеро мужчин и одна женщина. В среднем всем было около сорока или пятидесяти лет, но был и один совсем молодой мужчина, бывший студент. Столы перед ними ломились от листов бумаги, исписанными разными символами. На стене была доска, на которой была нарисована грамматическая схема. Ануир не думал, что перевод может потребовать столько людей и усилий.
Главным переводчиком был самый старший мужчина. На его голове блестела лысина, зато борода была густой, немного не аккуратной. Увидев королеву, он глубоко поклонился и поспешил подойти.
— Ваше Величество, вы решили проверить, как идет наша работа?
— Совершенно верно, — Аквилегия кивнула. С ее лица снова стерлись эмоции. Для простых людей видеть маску Аквилегии было нормой. Но Ануир знал ее больше, видел в ее глазах и страсть, и злость, поэтому для него всегда видеть королеву такой было непривычно. — Доложите, профессор Хкарлус, как идет перевод?
— Отлично. Сегодня мы очень хорошо продвинулись, — с энтузиазмом твердил Хкарлус. Ануир же посмотрел на остальных людей. Выглядели они устало, явно использовали не один бодрящий бальзам, чтобы не уронить голову на кипу бумаг. Удалось ли хоть кому-то из них поспать с момента, как Аквилегия поставила перед ними задание?
Хкарулс тем временем продолжал:
— Всем этим табличкам свойственен один слог, и многие фразы повторяются. Если мы расшифруем одну, то сразу же поймем, о чем говорится в остальных. Есть, конечно, несколько слов, что никогда раньше не встречались, но мы работаем над этим.
— Главное, будьте внимательны, — кивнула Аквилегия. — Не должно быть разночтений, вы понимаете?
Хкарлус закивал. Ануир же подумал, что будь разночтение, то промывка мозгов при ошибке могла легко превратить короля в лягушку. Или гигантского монстра-бомбу. Ануир пробрала дрожь от мысли об этом. Вся надежда была на этих людей, что трудились над переводом табличек. Что будет с ними потом? Ведь они будут знать секрет камней. Убьет ли их Аквилегия? Ануир не удивился бы, хотя, возможно, что он слишком уж сгущает краски, и королева не будет казнить людей науки.
— Хочу посмотреть на таблички еще раз, — заявила королева, и их поспешили проводить в огромный учебный зал, который теперь был временно закрыт, если судить по табличке. Когда они вошли, Ануир понял, почему.
Вся комната сверху донизу была заставлена стеллажами, на которых покоились каменные плиты, в которые были плотно впечатаны деревянные таблички с удивительными символами. Для Ануира это был просто набор непонятных закорючек, не похожих ни на один язык, существующий в мире.
Аквилегия подошла к ближайшей табличке и положила руку. Символы были рельефные, и королева пальцем обвела каждый из них.
— Будьте осторожны, ваше величество, — обеспокоенно сказал Хкарлус. — Достаточно немного изменить символ, и вся фраза потеряет смысл.
— Расскажи мне про этот язык, — потребовала королева, игнорируя просьбу Хкарлуса.
— Это древний язык, — поспешил объяснить ученый. — Он старше даже наших предков, и предков древних тоже. Вы знали, что есть концепция, говорящая о том, что древние и люди произошли от одного вида? — он бросил взгляд на Аквилегию, но не увидев у нее интереса, поспешил перейти к сути. — Если концепция верна, хоть в ней и имеются не состыковки, именно этим языком и обладал тот вид. А значит тот язык, на котором говорит большинство населения нашего материка, не считая отдаленные районы, и язык древних образован от этого языка, который также можно назвать языком наших прародителей.
— Получается, они и написали все эти таблички? — в глазах Аквилегии появилась искорка интереса.
— Может, они. А может, если верить теории о божественном происхождении камней, их написали тем языком, какой существовал на тот момент. Как бы оно там ни было, ценность этих табличек необычайно велика. По ним мы могли бы узнать тайну нашего происхождения. Откуда на самом деле появились люди, древние и все другие. Откуда произошла магия, и почему наш мир такой, каким мы его видим сейчас.
Королева покачала головой.
— Это все прекрасно, но ваша первостепенная задача — перевод.
— Да, конечно, — низко поклонился профессор Хкарлус. — Это мы и сделаем. А потом, если вы позволите, мы посветим время на изучение нашей истории. Пройдут не годы и даже не десятилетия, но работая над ними, мы узнаем то, как устроен наш мир, и тогда…
Глаза Хкарлуса горели. Ануир же был настроен более скептично. Ни к чему хорошему знания эти не приведут. Ему это подсказывала интуиция. Королева, кажется, тоже думала о чем-то подобном.
«Если они найдут то, что ей нужно, она воспользуется этим. Ключ к бессмертию или что она там ищет. И больше она никому не отдаст этот секрет» — думал Ануир, глядя на Аквилегию. А еще он увидел в ее глазах блеск, которого раньше не замечал. Страх.
