Из сна меня вывела громкая музыка снизу. Встаю с большой головной болью, как будто с похмелья. Привожу в порядок волосы и бреду в холл. Там на диване лежал Станислав Николаевич, в одних брюках, даже без носков. Смотрел клипы по телевизору, в руках держал почти пустую бутылку от коньяка, а на журнальном столике стояла ещё одна пустая бутылка. Я не хотела ему показываться на глаза, но Станислав Николаевич заметил меня и пьяным грубым голосом произнес:
- О! Проснулась, дорогая моя верная жена! – запивая свои слова из горлышка бутылки коньяком.
Я понимаю, что все эти грубости заслужила, но была поражена видом пьяного Станислава Николаевича. Даже растерялась. Пытаюсь начать разговор, так как необходимо прояснить ситуацию:
- Я хотела поговорить, Станислав Николаевич, хочу объяснить.
- Давай, валяй! Ну и как он в постели? Получше меня, да? Помоложе? Что ж счастья вам! – весело произнес он, продолжая пить коньяк, даже без закуски.
Его телефон разрывается, как и домашний, но я не беру трубку, так как понимаю, что это с его работы звонят. Просто стою в проходе и собираюсь с мыслями, как сказать и объяснить свой поступок?
- Станислав Николаевич, я хотела извиниться.
- О! Не стоит! Ведь это ничего страшного, подумаешь, трахнулась! Просто изменила мужу! Да, я извиняю! – и так страшно смеется в ответ, что по всему моему телу пробегают мурашки.
- Черта два! Никогда, слышишь, никогда я тебя не прощу! Убирайся! Иди к нему! Что ты стоишь? Или он разочаровался? Так знай, я не подбираю ни за кем!
Каждое слово больно летело мне в душу, но стою и слушаю, смотря в сторону. Лучше бы он меня ударил! Но не ненавидел. В холл вошел встревоженный Максим с Игорем, крича по дороге, почему не берем трубки? Их радостно встретил Станислав Николаевич, пьяной походкой подходя к креслу, на больше у него не было видимо сил, от выпитого спиртного. Обойдя меня, мужчины в недоумении подошли к нему, спрашивая, по поводу чего такая пьянка до чертиков?
Сел в кресло и весело проговорил:
- Присоединяйтесь! Обмоем мою свободу!
Игорь явно в растерянности, видя, что Станислав Николаевич пьет и пока не отвечает, спрашивает у меня:
- Наталья, что здесь происходит? Он так лет десять не напивался.
- Да, моя верная женушка, скажи им! А я послушаю! – смеясь, произнес Станислав Николаевич. Но я даже посмотреть на него не могу, тем более на других, от стыда мои щеки покраснели, чувствую себя последней шлюхой. Тем более, что эти двое так ко мне хорошо относились. А осознание того, что сейчас они узнают правду и станут меня также презирать, невыносимо!
- Что же ты молчишь, женушка? Расскажи им, как ты вчера в гостинице изменила мне! Наша правильная и интеллигентная! С которой я пылинки сдувал!
Взглянув на Игоря и Максима, понимаю, что больше не вынесу этого позора и убегаю к себе в комнату. Слышу, как внизу кричит Максим на отца, потом тишина, понимаю, что и он узнал.
Все мои нервы на пределе. Не хочу так жить! Иду в ванну! На машинке горсть таблеток, выдавливаю оставшиеся, не обращаю внимания на тошноту, пытаюсь взять все сразу в ладошку, но их так много. Все не умещаются. В ванну открылись с грохотом двери, успеваю зажать таблетки в руке и закрыть машинку спиной. На пороге стоял явно взбешенный Максим, как и отец, он сжал кулаки и прокричал мне:
- Как ты могла! И с кем? Неужели он лучше моего отца? Я любил тебя! Я боялся дотронуться до тебя! А ты дешевка!
Всё, больше не могу терпеть, еле успеваю нагнуться над унитазом, и меня выворачивает наизнанку. Желудок горит огнем, а тело содрогается в спазмах. Видимо, Максим увидел таблетки и, схватив меня за плечи, развернул к себе лицом, грубо произнося:
- Ты наглоталась таблеток? Отвечай же! – тряся меня за плечи.
Киваю нет, так как во рту всё горит и показываю обе ладошки, полные таблеток. Он их вытряхнул тут же в унитаз и отпустил меня. Я из последних сил подошла к раковине и стала умываться спасительной холодной водой. За спиной слышу строгие и не терпящие препинаний слова Максима:
- Ложись и жди меня, я скоро приеду! Поняла? Никуда не уходи отсюда!
Когда я повернулась, его уже не было. Еле- еле прошла на кровать и легла под одеяло, так меня всю морозило и просто било крупной дрожью. Наверное, я задремала, обессилев от слез. Так как меня разбудил голос Максима:
- Вставай! Вот, привез!
Вижу сквозь пелену сна пакет на кровати, явно из аптеки, так как на нем красный крест. Сажусь и пытаюсь привести себя в порядок, поправив волосы. Тихо шепчу:
- Что это?
Максим явно нервничал и был не настроен разговаривать вежливо, поэтому ходил по комнате и говорил грубо:
- Иди в ванну и сделай все тесты сейчас же, тебе ясно? Или я отвезу тебя в больницу! Через минуту приду и хочу лично видеть результат!
