Вот и всё. Сухо и твердо. Сказал и ушел. Так он легко это и просто произнес, что будто нет никаких чувств. Как скала. Блин, нет сил плакать, нет сил думать ни о чем. Хочу исчезнуть , но куда? Плетусь на кровать и просто отключаюсь. Только ночью проснулась от жажды. Пью прямо из под крана, чтобы лишний раз не видеться со Станиславом Николаевичем.
9 октября
Мой будильник возвращает меня на грешную землю из сказочного и спокойного сна. Шесть утра. Страшная цифра реального мира. За окном идет дождь, как раз под стать моему настроению и моему желудку, там страшная изжога. Плетусь в ванну, пытаюсь привести себя в нормальный вид. Немного макияжа на бледное и похудевшее лицо, даже синюшные круги появились под глазами. Ну и пусть, плевать! Спускаюсь в низ, в столовую не иду, так как там завтракает Станислав Николаевич, не хочу с ним сталкиваться и портить себе настроение. Он решил разойтись, что ж пусть будет так. Объяснений он не желает слушать, а я не собираюсь больше унижаться. Поем в школе. Беру ключи, сумочку, одеваю пальто и сапоги. В машине включаю по громче музыку, назло плохому настроению и накатывающей тошноты. Нет! Хватит! Проживу! Мой разум ликует и диктует план моего дня. Четко по полочкам. Никакого нытья и самобичевания, что было, то было. Только где- то далеко повизгивает сердечко, но громкая музыка и громкий голос разума - его заглушает. Так легче, так проще. Буду холодной и равнодушной. Это мой спасительный кокон, я в нем пробыла почти три года и лучше бы не выходила.
Весь день прошел довольно напряженно, это и к лучшему. Полностью погрузилась в работу и даже не заметила, как пришел вечер. Только подъехав к дому, всё всплыло в голове, и неприятно задрожали руки и ноги. Но поднимаю голову выше, расправляю плечи и шагаю в холл. Меня почти сразу встретил Максим, выйдя из кабинета отца. Стараюсь не замечать его строгого взгляда и поднимаюсь к себе, но видимо, он решил со мной непременно сейчас поговорить, так как зашел в спальню со словами:
- Почему ты не сказала отцу о ребенке?
Дышу ровно и не даю волю своим нервам, не реагирую на приказной тон. Стараюсь не спеша снимать пальто и только потом произношу:
- Он не желает иметь со мной ничего общего.
- Потому что не знает о ребенке,- почти кричит.
- Тише, если ты скажешь ему о ребенке, я честное слово сделаю аборт.
Я произнесла это строгим и холодным тоном, должно быть, это подействовало, раз Максим замялся и сел. Немного побыв в тишине, он продолжил:
- Послушай, так нельзя. Это не правильно.
- Максим, я не смогу жить с человеком, которому нужен только ребенок. Да, я оступилась. Раз он не желает меня выслушать, понять, что ж, значит, так и должно быть.
- Ты во всем виновата, а пытаешься выставить себя пострадавшей. Смешно!
- Так посмейся, Максим, у тебя это хорошо получается.
Наш крик испугал нас обоих. Немного успокоившись, произношу уже тише:
- Да, я виновата, но я сама разберусь со своей совестью.
- Хорошо, ты собираешься переезжать?
- Да, завтра буду искать квартиру.
- Я нашел, напротив школы, двушка, с мебелью, на третьем этаже, оплатил до лета.
- Спасибо, зачем только платил? Не стоило…
- Стоило, твоя зарплата ушла бы только на эту квартиру. Тем более я не хочу, чтобы ты в твоем положении ездила с конца города из убогой квартирки на работу. Когда переезжать будешь?
- Сейчас! – да, мой разум подталкивает меня.
Максим немного растерялся, но потом быстро пришел в себя, так как только спросил какие брать чемоданы. Я показала и стала собирать остальные вещи. Хорошо, что машина большая, потому что столько вещей не поместилось бы сразу. Перед уходом захожу в кабинет, где вижу Игоря и Станислава Николаевича, последний сделал вид, что меня не замечает, продолжая что – то печатать. А Игорь сухо поздоровался и просто смотрел, какие – то бумаги на столе. Вижу, что мне тут явно не рады, поэтому беру себя в руки и спокойно, сухо, четко проговариваю:
- Вот ключи от квартиры, кольцо, дарственная на дом, ключи от машины отдаст Максим. Документы о разводе подпишу, как только вы их пришлете. Прощайте.
Не дала даже слова никому сказать, быстро убегаю на улицу и сажусь в машину. Максим заводит, и мы уезжаем. Слезы душат, всё внутри горит огнем. Максим решает меня приободрить, говоря:
- Не вешай нос, всё будет хорошо.
- Нет, Максим, что было, то прошло. И его не вернуть. Это уже точно.
Он всю дорогу пытается меня поддержать, что новая жизнь и как будет хорошо. Говорит, что он не оставит меня. Но я просто не могу это слушать, не могу успокоиться, принять тот факт, что Станиславу Николаевичу все равно: есть я или нет меня. Он так легко меня отпустил! Не понял, не простил. Вот и реальность, что я была просто приятным приложением в его жизни.
Около десяти часов вечера Максим все вещи принес в квартиру, весело и бодро рассказывая о новой жизни. Оставил мне на квартиру договор, ключи, одни ключи повесил в коридоре. Наверное, мой уставший вид подтолкнул его к выходу. Не разбирала ничего и уснула прямо в спортивном костюме в зале на диване.
10 октября
