- Наташа, нельзя убивать ребенка. Не вешай еще один грех на душу.
Как нежно были эти слова произнесены, что опять захотелось плакать. Я последнее время, чуть, что плачу. Всё гормоны от беременности - это точно. Шепчу в ответ:
- Я не хочу этого ребенка…Только не сейчас.
- Послушай, не спеши, давай подумаем немного, еще есть время. Избавиться всегда успеешь. Если решишься, я обещаю, что найду лучших специалистов. Договорились?
- Хорошо, – от его поддержки так стало легко, что я не одна и кому- то еще нужна.
Встав, Максим проговорил перед уходом:
- Не волнуйся на счет отца, он тебя не тронет, тем более в таком состоянии. Они с Игорем будут всю ночь пить - это точно. А завтра я приеду. Пока.
- Пока, – успеваю ему в спину ответить. Убрав на кухне, плетусь к себе в комнату. Мысль, что я беременна, страшным кошмаром крутиться в голове. Такая жестокая насмешка от судьбы. Не хочу заходить в контакт, так как знаю, что там будут смс от Димы. Включаю сотовый и звоню родителям, которые сума сходят от тишины. Конечно, не удалось уйти от объяснений, просто говорю, что мы с мужем поругались. Родители, как обычно, не на моей стороне, поэтому после двадцати минут лекций, ложусь спать. Я так устала, будто работала без перерывов и выходных.
8 октября
Пришлось встать утром от того, что опять тошнота накатила с ужасной изжогой. Поэтому после туалета, плетусь в столовую, чтобы унять желудок кефиром. Позже туда подошел заспанный Станислав Николаевич, видимо, он спал на диване. Сев за стол, произнес сухим голосом:
- Рассола срочно,- потирая глаза и лицо ладонями.
Достаю быстро из холодильника маринованные помидоры, открываю и наливаю в стакан рассол. Станислав Николаевич мгновенно выпил, говоря:
- Дай всю банку.
Я ставлю её перед ним и смотрю, как он жадно пьет прямо из банки. Лицо его покрыла щетина, весь осунулся и растрепанный, с кругами под глазами, просто не узнать. Во всем виновата только я. Пытаюсь спокойно произнести, пока он пьет:
- Станислав Николаевич, я очень виновата. Мне нет оправдания. Извините…
Даже не глядя на меня, встав, он произнес строго:
- Нет, никогда.
Стою одиноко в столовой и просто не могу унять этот поток слез, они душат, а моё тело дрожит в конвульсиях. Мысль о аборте постоянно вертится у меня в голове, просто наваждение какое-то. Сделать аборт и уехать куда-нибудь подальше. От всех! Начать жизнь заново. Всё решено. Уверенно поднимаюсь к себе. Достаю два больших дорожных чемодана и аккуратно складываю вещи. Работа отвлекла меня от слез и истерик. Даже полегчало. Только хотела принять душ, как в спальню вошел Максим, удивленно смотря на беспорядок в комнате, на груды вещей и белья. Садится в кресло и спрашивает:
- Очень надеюсь, что это простая уборка или всё же бегство?
Не желаю отвечать на его подколы и поэтому строго говорю:
- Можешь не стараться быть вежливым, да, я уезжаю, – продолжаю складывать вещи в чемодан.
- Далеко?
- Еще не знаю.
- Где ты будешь ночевать? Как ты объяснишь отсутствие на работе? За что ты будешь жить на новом месте? Ты об этом подумала или в тебе весь разум замутили гормоны?
Ой! А он прав. Я поступаю очень глупо, но как же стыдно в этом признаваться! Просто ухожу в ванну, лиж бы он не видел моего красного лица. И почему я об этом сама не подумала? Куда мне ехать? К родителям? Они меня просто не поймут, да и я не смогу выносить каждый день нравоучения о потерянном счастье. К Диме? Никогда, я допустила ошибку, которую уже не исправишь. Ольга и та отказалась от меня. Я совсем одна… Блин. Как одиноко, так холодно и обидно, что опять текут слезы. Моя жизнь покатилась в тар - тартары! И никому я не нужна.
- Успокойся, пошли, – слышу тихие слова Максима, который за плечи вывел меня из ванны, усадил в кресло, а сам сел на кровать. Я как маленький ребенок, которому стыдно смотреть взрослым в глаза, плачет и теребит свои руки.
- Сейчас ты успокаиваешься, не порешь горячку и спокойно вынашиваешь ребенка. Я сегодня поищу квартиру, если ты все- таки пожелаешь переехать. А ты поговори с отцом, возможно, еще поладите, ведь ты носишь его ребенка.
У выхода из спальни, он произнес более строго:
- И главное, не делай глупостей, не будь эгоисткой!
Не помню, сколько я так просидела, но успокоилась, после слов Максима стало легче. Возможно, он прав, нужно подождать и успокоиться. Не пороть горячку и просто ждать. Но тошнота накатывает опять, от чего настроение портится мгновенно. Бегу в туалет, но рваться не чем. Эти спазмы выворачивают мой желудок наизнанку, боль адская. В унизительном положении над унитазом меня застает Станислав Николаевич, говоря строго:
- Судя по собранным вещам, ты переезжаешь? Что ж – это самый лучший выход из сложившейся ситуации. Я пришлю адвоката с бумагами, скажи потом адрес куда.
