— Алло, — услышала она голос Рикарда и скосилась торопливо на лежавшую рядом женщину. Та зло таращилась на нее. И тут Клара резко дернула руки, быстро высвободившись из скотча. Линн даже не успела защититься. Клара сильно ударила ее кулаком в висок, телефон выскользнул на пол. Голова Линн резко повернулась, издав звук, похожий на треск. Она завалилась в сторону лестницы. Клара тем временем встала на ноги и потянулась за ножом. Схватив его, она склонилась над Линн. Та отпрянула назад. Пыталась спастись. Подняла руки перед собой, стараясь защититься. Клара встретилась с ней взглядом. Ее холодные глаза говорили сами за себя. На пощаду не стоило надеяться. Линн стало ужасно страшно.
Все было кончено.
Она попыталась пнуть Клару ногой, но не попала. Вертелась, как могла. Но Клара уперлась тяжелым ботинком ей в живот. Замахнулась ножом. У Линн перехватило дыхание. Она свернулась клубком и закрыла руками голову. Все ее тело напряглось в ожидании неизбежного.
Однако удар так и не последовал.
Клара убрала ногу с ее живота.
Линн открыла глаза. И в этот момент удар тяжелого башмака обрушился ей на голову. Она потеряла сознание. Обеспокоенный голос Рикарда, его крики продолжали доноситься из валявшегося на полу мобильника.
Раздался треск, когда Клара наступила на его экран каблуком. Затем наступила тишина.
Клара схватила рюкзак и посмотрела на лежавшее на лестничной площадке тело. При всем желании добить Линн она не могла этого сделать. И не из-за какой-то сестринской солидарности. Просто не решилась нарушить приказ. Росомаха не хотел, чтобы еще кто-то серьезно пострадал. Она подавила желание презрительно сплюнуть и удалилась ниже по лестнице.
Линн дернулась и пришла в себя. Она ошарашенно огляделась. Покрашенные охрой стены. Лестничная площадка. Ее голова лежала на коленях сидевшего Рикарда. Он явно испытал сильное облегчение, увидев, что она открыла глаза.
— «Скорая» в пути, — сообщил он. — Ты была без сознания какое-то время.
У нее раскалывалась голова. Однако она не чувствовала тошноты. Пожалуй, речь шла о легком сотрясении мозга.
— В ней нет необходимости. Со мной все нормально, — промямлила она и села на лестницу рядом с ним. Взяла его за руку.
— Нам надо в квартиру, — сказала она. — Возможно, Антон ранен. Это на третьем этаже.
— Мария уже там, — ответил Рикард и добавил после недолгого сомнения: — Но в ней кто-то уже побывал. И перерыл все. Бумаги разбросаны по полу. Ящики пустые. Компьютер отсутствует.
Линн помассировала голову кончиками пальцев. Он обнял ее рукой. Погладил по волосам. Он сильно испугался, когда она позвонила. Словно напали на его собственного ребенка. Он прижал ее к себе.
— Я отправил сюда наряд через десять минут после твоего звонка, — сообщил он. — Но напавшие на тебя успели сбежать.
Линн положила голову ему на плечо.
— Здесь был только один человек. Клара Рессель, — сказала она. — Ей, вероятно, требовалось попасть в квартиру и забрать какой-нибудь компромат. Что-то, что нашел Антон, что-то указывающее на лазутчика нацистов. Если он сам не был им.
Она потерла виски пальцами, пытаясь хоть немного унять боль, и добавила:
— Мы столкнулись, когда она уходила. Но она не охотилась за мной. У нее явно был другой приказ.
«Поэтому я и жива», — подумала она, опустив глаза.
Мужчина тяжело дышал, поднявшись по лестнице. Какое-то время он в нерешительности стоял перед дверью. Голова вспотела под шляпой, которая к тому же местами и натерла кожу. Рубашка промокла от пота под пиджаком — старым блейзером из полосатой ткани. Немодным. С большими лацканами и подплечниками. Но он не хотел, чтобы его узнали, если ему придется столкнуться с кем-то из жильцов.
Лестничная площадка оказалась пустой. За дверьми соседей Эзги царила тишина. Он надвинул шляпу на лоб, поставил рядом портфель. Ему пришлось напрячь зрение, чтобы четко видеть сквозь солнечные очки. Потом он вдавил лезвие ножа в щель у дверной коробки.
Квартира оказалась пустой. Он ждал снаружи на улице и прокрался в подъезд, когда Эзги куда-то ушла. Она не обратила на него ни малейшего внимания, поскольку старалась удержать равновесие на костылях и одновременно возилась со своим мобильником. Ее волосы торчали в разные стороны, словно она только проснулась, пусть время уже давно перевалило за полдень. Он ударил по концу рукоятки ножа, резко повернул дверную ручку и дернул ее на себя. Дверь открылась. Он покачал головой. Замок 30-х годов. В бахилах на ботинках он осторожно прошел в комнату. Перешагнул через валявшееся на полу покрывало и остановился перед книжной полкой. От нее исходил затхлый запах. Книги утопали в пыли. Он почитал названия.
Он надеялся, что ему не придется активно вмешиваться в это задание. Но больше оставаться в стороне не годилось. Особенно если ситуация, похоже, начала ухудшаться. Все зашло слишком далеко.
