С избиением Эзги он смог смириться, несмотря на то что ее чуть не убили. Они не могли двигаться дальше, боясь испачкать руки в крови. Шрам у нее на лбу еще был заметен, когда она проковыляла мимо него. Но с самоубийством Ильвы все обстояло иначе. Как он не отгонял эту мысль, она постоянно преследовала его. Все-таки речь шла об убийстве.
И здесь проходила граница.
Не об этом они договаривались.
Ни о каких ликвидациях речи не заходило. Но, судя по всему, именно это сейчас происходило. И он не мог больше контролировать события.
Он потер руки, когда они начали чесаться под резиновыми перчатками, поставил портфель перед собой. Достал его содержимое и рассеянно полистал записную книжку. Свое собственное творение. С приклеенными рецептами по изготовлению взрывчатки. Инструкциями о том, как нападать на наряды полиции. Различными списками и схемами, идеями относительно мест проведения акций. Руководством по изготовлению трубчатых бомб и стреляющих авторучек. Инструкциям, касающимся того, каким наказаниям следовало подвергать перебежчиков и вражеских шпионов. Все это предназначалось, чтобы представить АФА современными наследниками лиги Баадера-Майнхофа. Жестокими преступниками. Потенциальными убийцами.
Он достал оливково-зеленые, напоминавшие игрушки предметы с рельефным узором в виде квадратов по всей поверхности, которые тоже принес с собой, — три ручные гранаты.
Той же серии, какие использовались при нападении на полицейский участок в Упсале неделю назад.
Вынув несколько романов из книжной полки, он поместил их в образовавшуюся среди книг брешь. Металл был холодным. Сунув за них записную книжку, он вернул романы на место. Полиция должна была без труда найти все это во время обыска. После того, как они получат анонимный сигнал.
АФА требовалось отправить за решетку, пока не вышли на него самого. Или на его помощника.
Которого он отныне лишил своей поддержки.
Мария громко вздохнула и повернулась к Рикарду, стоявшему в другом конце огороженной сейчас специальной лентой квартиры Антона на Упландсгатан.
— Я не нашла других следов, кроме тех, что принадлежали Кларе, — сообщила она. — А о ней нам ведь уже известно.
— Да, и на нее у нас хватает материалов. Она в розыске, но, похоже, покинула свой последний известный адрес, — сказал он.
Мария подняла несколько бумаг с пола, прочитала их и сунула в пакет для улик. Она показала его ему.
— Уже совершенные акции АФА, задокументированные надлежащим образом. Клара явно искала не это.
Рикард покачал головой.
— Да, она, вероятно, была здесь по заданию предателя, — сказал он. — Вероятно, охотилась за фотографиями или документами, указывавшими на него. Или за тем и другим.
— В квартире нет никаких снимков. Даже ничего похожего на те, что лежали в конверте Ильвы. Только несколько распечатанных, сделанных мобильником, с Антоном и его друзьями. Судя по всему им уже несколько лет, — констатировала Мария и кивнула в сторону розетки. — И как я уже сказала, пропал компьютер.
Она подняла еще несколько бумаг с пола. Они выглядели как старые школьные работы. Мария покачала головой.
— Возможно, они просто пытаются сбить нас с толку, — заметила она. — Она могла прийти сюда, чтобы помочь Антону избавиться от доказательств, указывавших на него как на агента нацистов, но потом услышала Линн на лестнице, и ей пришлось в спешке убираться прочь.
Она порылась среди пластиковых папок, которые остались на столе для компьютера и содержали также материалы АФА, и поинтересовалась:
— Как там дела у Линн, кстати?
— Травма головы, но с ней, похоже, все будет нормально, — ответил Рикард. — Однако я отправил ее на «Скорой» в больницу, чтобы они удостоверились.
Они наклонились под оградительной лентой, осторожно выбираясь из квартиры на лестничную площадку. Мария кивнула своим помощникам, сидевшим на корточках в голубых пластиковых комбинезонах. Она достала пакет для улик из их сумки и обмакнула ватную палочку в брызги крови, вероятно принадлежавшей Кларе. Рикард кивнул ей.
— Погибшая подруга Линн, похоже, была права, — сказал он. — Кто-то охотится за ее группой. Человек, связанный с нацистами, выдающий себя за левого экстремиста.
Они продолжили спускаться по лестнице, а когда оказались вне поля зрения остальных, Мария обняла Рикарда за талию.
— Может, сходим куда-нибудь поедим, прежде чем возвращаться? — предложила она. — Я так и не успела пообедать.
