Одинокая охота полностью

Рикард взглянул на часы. Приближалась половина шестого. Он не был голоден и предпочел бы сразу отправиться в офис, чтобы узнать, как дела у Эрика. Обсудить добытые материалы и подключить к работе Юнгберга и Беатрис. Расширить расследование, ускорить его. Теперь, когда уже стало ясно, что их догадки подтвердились. Речь не шла о разрозненных событиях, они были тесно связаны между собой. С другой стороны, он мог сейчас поужинать, а потом работать весь вечер. Он старался не отставать от Марии, которая целенаправленно перешла Карлбергсвеген, направляясь к индийскому ресторану «Гуру», расположенному на Уденгатан. Она остановилась, когда к ней подошла цыганка в шали и толстом пуховике. Достав несколько купюр, Мария купила у нее еженедельную газету «Люди есть люди». Женщина настороженно улыбнулась. Она выглядела уставшей. Немного в стороне на площади под рекламным щитом стоял мужчина, вероятно ее муж, и курил.

Рикард вздохнул тихо. Он уже давно перестал давать людям деньги на улице и взамен жертвовал их через городскую миссионерскую организацию на большие проекты (вроде цыганского в Румынии). Однако не так легко было оставаться последовательным при таком количестве нуждающихся вокруг.

Ему стало немного не по себе при мысли о том, как многие нищенствовали и голодали, тогда как они сейчас шли в ресторан. И все равно он составил компанию Марии. Пузатую улыбающуюся статую Будды с поднятыми к небу руками, которая встретила их сразу за входной дверью, похоже, абсолютно не заботила ситуация в окружающем мире.

Они сели. Уголком глаза он заметил еще одну статую. Слоноподобный бог Ганеша со всей серьезностью уставился на него, вытянув свои многочисленные руки в стороны и всем своим видом как бы спрашивая Рикарда, чем он, собственно, сейчас занимался.

Взгляд Марии блуждал по страницам меню в поисках чего-нибудь, что могло бы появиться на столе быстро. Судя по ее мине, она с головой ушла в это занятие. Рикард сидел молча. Он прекрасно знал, чем могла закончиться любая попытка надавить на нее, когда она страдала от недостатка сахара в крови.

Это была ее новая черта, которую он обнаружил, когда они попробовали жить вместе. Или же просто не хотел замечать этого раньше.

Она обычно напоминала о себе перед самым обедом или ужином — тогда Мария легко выходила из себя. Срывалась без особой на то причины. Ничего серьезного, но, по возможности, лучше не стоило провоцировать ее. Пока он ждал, когда она сделает заказ, в кармане его куртки завибрировал мобильник. Он достал его.

Когда официант забрал тарелки, он наклонился к Марии и сказал, понизив голос:

— Я снова открываю расследование дела о смерти Ильвы. Флемингсберг передает нам все материалы, касающиеся случившегося в ее квартире. В свете последних событий можно почти наверняка утверждать, что там произошло убийство.

«СРОЧНАЯ встреча. Углекислотный завод». Он прочитал конец эсэмэс еще раз. Оно пришло утром. Неожиданно. Конечно, приближалась акция в Гетеборге. Но, по его мнению, почти все приготовления завершены. Каждый знал, что ему делать и когда.

Однако сейчас пришло новое послание. Антон явно решил внести изменения в их планы. Выступление против демонстрации «Скандинавского движения сопротивления» в Гетеборге внезапно потребовалось синхронизировать с действиями остальных шведских групп. Для обсуждения этого должны были прибыть координаторы и ключевые фигуры прочих отделений АФА. И собраться вместе. На бывшем предприятии по производству углекислоты. Он выбрал его в последний момент, не взяв в расчет случившееся в Тюресё, когда нацистов кто-то предупредил и они устроили засаду. Антон явно считал важным присутствие всех членов группы. Им следовало выступить в роли хозяев встречи.

Мужчина в зеленой армейской куртке криво улыбнулся. Это была ловушка. Примерно чего-то такого они и ожидали. И он, и датчане. Большая часть вражеских лидеров соберется в одном месте. Включая их самых главных противников. Отличная возможность для атаки.

Слишком хорошая.

Он опустил взгляд на свои часы. До начала встречи оставался час.

Антон стоял у угла ржавого контейнера и сжимал в руках горячий бумажный стаканчик. Прошло десять часов с тех пор, как он отправил ложное сообщение агенту нацистов. Из-за близости пролива Орставикен воздух вокруг был не только холодным, но и сырым. Он весь продрог и пил маленькими глотками чай, который ему дал Геста. Ждал. Косился в сторону вечно пришвартованного к пирсу старого парусника. Никаких признаков жизни на нем. Геста, устроивший свое временное жилище под покрытой синим брезентом палубой, по его настоятельной просьбе погасил свою аккумуляторную лампу. Антон не хотел, чтобы тот пострадал, если группа нацистов переберется через ограду. Обнаружив обман, они вполне могли сорвать свое разочарование на случайно оказавшемся поблизости бездомном. Когда поймут, что нет и намека на встречу, куда хотели заявиться без приглашения.