присмотревший, я бы и там нашла нечто единое. Возможно, в заблуждения меня ввела
рана на лице предводителя: она изменила не только внешний облик парня, но и
внутренний. И все же моя невнимательность поражает своей развитостью.
- Что ж, моя очередь. – Максим не ждет, пока я приду в себя, и спрашивает. –Почему тебя
так интересует стая? В чем подвох?
- Подвоха нет. Я наткнулась на вас случайно, потому что хотела спасти сестру. – Я
серьёзно смотрю на парня и искренне протягиваю. – На самом деле, ваше сборище
представлялось мне рассадником отморозков, психов, животных, которым плевать на свою
жизнь и на общепринятые правила. Вы делаете, что хотите, когда хотите и где хотите. Я
считаю это аморальным образом жизни. Точней я так считала. Но сейчас, - мне
приходится придвинуться чуть ближе к Максиму, потому что сказанные мной слова
являются страшной тайной. – Но сейчас я понимаю, что ошибалась. Моё мнение на счет
того, что в ваших телах вместо крови течет адреналин – не изменилось, но я вижу что-то
ещё, что-то, что жутко влечет меня. И пока я не пойму о чем идет речь, я никуда от вас не
денусь.
Макс улыбается.
- Интересный ответ.
- Я хочу говорить честно, чтобы потом не было недопониманий. – Я доедаю чикенбургер и
недоуменно сужаю глаза. – Скажи мне, стаю основал ты и твой брат. Так почему же
бразды правления в его руках? Почему вы не командуете вместе? Возможно, тогда бы
удалось избежать многих смертей и трагедий.
- Мне это не нужно.
- А Шраму нужно?
- Пойми, пусть мы и родные братья, у нас совершенно разные жизненные принципы. Я –
участник, он – организатор. – Парень выдыхает. - Руководить должен один человек, и я
рад, что не мне предоставилась эта возможность.
- Считаешь, из тебя вышел бы плохой предводитель?
- Я не знаю, и даже не хочу об этом думать. Тебе кажется, что Стас – корень зла, что он
причина всех наших бед и страданий. Но ты глубоко ошибаешься. Мой брат готов
пожертвовать всем, что у него есть. Он не даст свою стаю в обиду, я знаю это. Если бы у
меня был выбор, я бы доверил свою жизнь именно ему, потому что…, - парень громко
выдыхает. – Потому что это его призвание! Он так долго не мог найти себя, и сейчас, наконец, нашел. Стас отличный предводитель, и верный друг. Я уверен в нем так же
сильно, как уверен в самом себе
Я вспоминаю, как на перроне, Шрам отодвигал подростков ближе к центру вокзала, как он
предупреждал нас не терять голову во время испытания. Но это кажется такой мелочью по
сравнению с тем, когда я просила его помочь освободить Карину из куба, а он стоял и
бездействовал. Спорные чувства, и я не могу понять, в состоянии ли я доверить свою
жизнь этому человеку так же уверенно, как это делает Максим. Наверно, пока нет.
- Почему ты стояла на рельсах так долго? – неожиданно спрашивает парень, и я
недоуменно пожимаю плечами. В его глазах отражается грусть и какая-то безнадега. Мне
не понять, этого взгляда. Только не сейчас. Может, чуть позже, но не сегодня.
Я не ожидала такого вопроса, и поэтому долго думаю, прежде чем ответить.
- Возможно, - я колеблюсь и прикусываю нижнюю губу. – Возможно, мне понравилось
ощущать себя свободной.
- Но ты могла погибнуть.
- Я бы успела отпрыгнуть в сторону.
- Я так не думаю, - Макс с горечью улыбается. – Ты должна чувствовать разницу между
храбростью и безумством, чужачка. Глупость не поощряется. Большинство страдает
только потому, что приписывает себе слишком много.
- И это мне говорит человек, который прыгает с тридцатиметровой высоты в пропасть, вооружившись, лишь толстым канатом.
- Я серьёзно.
- Я тоже, - с вызовом восклицаю я. – Откуда берется твоя уверенность в себе? Если тебя
прозвали бесстрашным, значит, ты совершил огромное количество безумных поступков, не колеблясь и не дрожа перед страхом. Чем я хуже?
- Ты ничего обо мне не знаешь. – Холодно отрезает парень. – Нельзя перестать бояться.
Каждый раз, я понимаю, что могу не вернуться домой, что сильно рискую, но на то у меня
есть свои причины. Моя уверенность граничит с безысходностью, с апатией. Я потерял
вкус к жизни, и теперь пытаюсь восстановить его, прыгая с обрыва, кидаясь под поезд и
разгоняясь до двухсот километров в час. Адреналин спасает меня от живой смерти. Но
зачем это тебе? Зачем ты подвергаешь себя такой опасности? – Он недоуменно качается
головой. - Кричишь на свою сестру, но, по сути, делаешь то же самое.
- Тебе не понять.
- Это ты не понимаешь, Лия, - я поднимаю взгляд на парня и чувствую, как от него
исходит волнение. – Я не знаю, чего ты хочешь добиться, но это явно не стоит твоей
жизни.
- Следующий вопрос, - раздраженно отрезаю я. – Итак…
- Мы ещё не закончили.
- Закончили. Я и так сказала тебе слишком много, так что теперь твоя очередь. – Парень
громко выдыхает, а я задаю главный вопрос, который волнует меня больше всего
вышесказанного. - Разумней было бы спросить: страдаешь ли ты раздвоением личности.
Но я не стану оскорблять тебя и поставлю вопрос чуть по-другому: зачем сначала избивать
меня, а потом спасать жизнь? Причем неоднократно.
- Чужачка, - протягивает Максим. - Это глупо!
- Ответь.
- Сама подумай.
