— Лия, — тянет она. — Мне очень жаль, что…
— Ты оглохла? Я задала тебе вопрос?
Блондинка обижено прикусывает губу и отворачивается. От того, что на её глазах выступают слезы, у меня внутри сжимаются все органы, но я быстро беру себя под контроль. Вскидываю брови и усмехаюсь:
— Ты разучилась говорить?
— Не говори со мной в таком тоне, — бросает Кира и, повернувшись, испепеляет меня презрительным взглядом. — Я не виновата в том, что Максим погиб.
— Правда? А отвечать на звонки ты не пробовала? — во мне вскипает гнев. — Я звонила тебе сотню раз, идиотка! Я хотела вас предупредить!
— Откуда мне было знать, что ты на нашей стороне?
— Неужели я давала повод усомниться в своей верности?
— Да, и не раз! — блондинка громко выдыхает. — Ты — Кобра, забыла? Ты способна предать, и это сбило меня с толку.
— Такое чувство, что вы вспоминаете о моем прекрасном прошлом только тогда, когда вам это выгодно, — я зло смотрю на подругу.
— Посмотри на себя, — Кира здоровой рукой указывает на мое лицо. — Как не вспоминать «о твоем прекрасном прошлом», если ты вновь стала им!
Я отворачиваюсь. Понимаю, что надела подранные джинсы, мужской пиджак, что ночью покрасила пряди зеленым в одной из круглосуточных парикмахерских, что сижу, закинув ноги перед собой, и смотрю на блондинку с сильно подведенными глазами…
Да. Я стала своим прошлым.
Но я сделала это специально.
— Ты ничего не знаешь, — холодно отрезаю я, и вновь пронзаю подругу испепеляющим взглядом.
— Так объясни мне! — обиженно кричит Кира. — Что с тобой? Почему ты предала нас в «Святом клубе»? Откуда знала о взрыве? Зачем покрасила волосы, и с какой целью говоришь со мной так, словно я тебе чем-то обязана? Лия, ты сошла с ума? Макс умер, а ты… — подруга прикрывает здоровой рукой рот и срывается. — А ты ведешь себя так, словно это сплетни, а не горькая правда.
— В том то и дело, — зло отвечаю я. — Он погиб. Его больше нет. Макс… — сердце сжимается. Я стискиваю зубы, глубоко вдыхаю. Бесполезно. — Макс умер, Кира. И я отлично это понимаю.
— Тогда что с тобой? — сквозь слезы спрашивает блондинка. — Почему ты ведешь себя так, словно все в порядке?
— Ты даже не представляешь, что я чувствую.
И никто не представляет. Ни один человек в столовой понятия не имеет, что значит, когда сердце взрывается, пропадает и внутри образуется ноющая пустота.
Выдыхаю.
Слышу, как Кира всхлипывает, и снисходительно признаюсь:
— Я не считаю, что ты в чем-то виновата, — подруга удивленно поднимает на меня свои покрасневшие глаза. — Я безумно счастлива, что ты цела, что с тобой все в порядке. Но, к сожалению, это не вернет Макса. Твое спасение — удача, но смерть Бесстрашного — трагедия. И поэтому я должна предпринять некие действия, которые сделают его гибель не бессмысленной.
— Так возвращение к Кобре — не просто маскарад?
— Конечно, нет.
— Что ты задумала? — Кира испуганно придвигается, и кладет свои израненные пальцы поверх моей руки. — Пожалуйста, Лия, не надо. Я потеряла Стаса, потеряла Максима…. Твоя гибель… и все… — блондинка моргает, и щеки ее покрываются кривыми мокрыми линиями. — Я не выдержу этого.
— Со мной все будет в порядке.
— Так и Шрам говорил, и Макс…
— Эй, — я приподнимаю голову подруги за подбородок и понимаю, что погорячилась. Не стоило нападать на Киру. Просто инстинкт самосохранения велел мне никому не доверять. Что ж, надеюсь, союз с подругой не обернется нам же боком. — Я справлюсь.
— Что я должна делать? — через минуту спрашивает блондинка и протирает глаза.
— Я не думаю, что…
— Ты оглохла? — пародируя меня, восклицает Кира. — Или разучилась говорить?
Горько улыбаюсь и сдаюсь. Опора не помешает.
— Хорошо. Твоя помощь мне понадобиться, но, пожалуйста, ни о чем не спрашивай. Просто сделай то, что я скажу. Договорились?
— Договорились. Итак?
— Собери стаю. Опять. Только на этот раз не в парке, а в «Святом клубе».
— Где? — ошарашено переспрашивает меня Кира и расширяет глаза. — В «святом клубе»?
— Да.
— Я пообещала не спрашивать, но…
— Вот и не спрашивай, — выдыхаю и осматриваюсь. Нельзя, чтобы нас подслушали. — Слова Стаса так и засели у меня в голове. В тот день, в больнице, он сказал, что предводитель семьи хочет занять наше место, хочет стать главным.
— И что? К чему ты ведешь?
— К тому, что я знаю, как вывести предателя на чистую воду. Он объявиться, когда поймет, что его план разрушен.
— И как же ты это сделаешь? — Кира недоуменно хмурится. — Неужели думаешь, что он поведется?
— Естественно. Ему придется повестись, или он потеряет все то, что у него есть.
— Звучит заманчиво, — неуверенно протягивает блондинка.
— Сегодня наша стая должна быть в клубе примерно к пяти… я думаю, мне хватит времени.
— Хватит времени на что?
— Ты опять задаешь лишний вопрос, — вспоминаю, как раньше подобным образом отвечали мне и с грустью выдыхаю. Не знание — чертовски дрянная вещь. — В общем, ты поняла? В пять, в «Святом клубе». И ещё… приготовьтесь к тому, что вам придется соглашаться со всеми моими словами, даже если они покажутся вам бредом.
— Боже, Лия, — раздраженно отрезает Кира. — Что ты задумала?
