Только вот старушка, как чувствуя мой настрой, шепнула что-то, и я ощутила легкое покалывание в области запястья. Опустила взгляд. На коже сверкало всего одно слово: «ВОРИШКА». Хоть через плотную ткань куртки его и не было видно, но не оставалось сомнений – у кого есть специальный взгляд, отсканируют меня и запросто рассмотрят предостережение.
Я мысленно выругалась.
– Это чтоб не пыталась провернуть свои фокусы еще раз, – хмыкнула она. – Увидит кто из наших на вокзале или в аэропорту – сразу проверит, не замышляешь ли чего противозаконного.
Мне оставалось только кивнуть, вернуться к женщине с баулами и бросить паспорт возле ее сумки, как будто он попросту выпал.
С основной части вокзала я ушла.
Был еще вариант с электричками – их зал располагался чуть в отдалении, паспорт туда не требовался. Я стояла снаружи, вдумчиво рассматривала карту внутреннего сообщения, но понимала, что это – путь в никуда. Ну уеду на край области, а дальше что? Осесть в глухой деревне? В ноябре? Когда даже не спрятаться в каком-нибудь заброшенном доме, потому что стоит растопить огонь – меня увидят. Деревенские жители даже спрашивать не будут, кто такая. Решат, что бездомная, сдадут в полицию.
Идея глупая. Либо окоченею, либо упекут на пятнадцать суток, и все.
Я думала о небольших приграничных городках, но все равно находила в таком плане недостатки. Мне нужны были деньги и вещи, тогда можно уехать. Да эта старуха со своими мерами предосторожности все осложнила. Теперь так просто не сбежать. Ладно, у меня есть зелье и несколько часов времени – надо придумать, как использовать их с умом.
Я шла прочь от вокзала, вновь плутала по городу, но теперь в постоянном опасении быть обнаруженной. Кто знает, как отреагируют на «воришку» арбитры? А сколько это слово будет на моей коже? День, два? Сколько времени нужно продержаться, чтобы предпринять следующую попытку?
Внезапно одна из улочек показалась мне знакомой. Кажется, именно здесь мы парковались с Платоном, когда приезжали к его информатору Виктору.
Я отошла от основного центра, вошла в неприглядную его часть, которая пряталась за углами. Казалось бы, вот все эти старинные здания, театры, музеи. Но свернул правее, прошел несколько переулков – и будто очутился в другом городе.
Хм, нет. Все же другая улица. Клуб беса располагался ближе к окраине. Просто запуталась в однотипных пятиэтажных домах.
И тут меня осенило.
Бес!
Платон говорил, что, если заинтересовать того – он может помочь. Я, конечно, не самый удивительный на свете экземпляр, но могу кое-что предложить взамен. Мне всего-то нужен новый паспорт и возможность исчезнуть беспрепятственно. В обмен я готова на что угодно.
«Марьяна, ты – редкая находка», – в ушах зазвучал голос Платона.
Так он сказал. Находка. Не человек, не женщина, просто находка, умеющая работать с зельями.
Но разве мне это не на руку?
Виктор выше всего ценит собственные интересы? Так, может, он согласится воспользоваться моими умениями, а не сдаст Нику? Мне кажется, у него есть деньги, он не беден. Значит, есть шанс, что предложение Альбеску ему не очень-то интересно.
Пан или пропал.
Если Виктор решит, что выгоднее получить за меня вознаграждение, – мне конец. Я это трезво осознаю.
Но есть ли у меня другие варианты, к кому обратиться?
Я попыталась вспомнить, где находился клуб беса. Не сразу, но выловила в памяти нужные образы – названия улиц, по которым мы ехали.
– Подскажите, как добраться до улицы Стойкости? – мило улыбнулась я проходящему мимо парню. – Совсем запуталась, а телефон разрядился.
Тот достал из кармана мобильный, открыл навигатор и сказал:
– Смотрите, садитесь сейчас на метро, доезжаете до конечной остановки, вот до этой, – показал мне на экран. – Оттуда автобус прямой ходит. Запомните номера?
– Да-да, спасибо. Вы меня спасли!
Даже не соврала.
Еще полчаса я тряслась в вагоне метро и столько же ехала на автобусе. Ощущение полной безнадеги пополам с надеждой на лучшее рвало мне грудь. Мимо проносились безрадостные окраины, серый осенний парк. Автобус мотало по разбитым дорогам.
Меня никто не остановил в метро, никто не заинтересовался позже. Но я всякий раз замирала, стоило кому-либо заинтересоваться мною или хотя бы бросить беглый взгляд в мою сторону.
До нужного места я шла скорее по памяти, петляя по практически незнакомым улицам, которые видела всего единожды. Хорошо, что у меня неплохая память и я отлично запоминаю детали. Помогало выжить раньше – помогло и сейчас. Желудок сводило от голода. Организм настолько привык к завтраку, обеду и ужину, что теперь бунтовал против вынужденного голодания. Но я не хотела тратить время на еду – если договорюсь с бесом, то всегда успею чем-нибудь перекусить.
Если же не договорюсь… что ж, над этим вариантом развития событий я старалась не думать.
Когда я ткнулась в запертые двери клуба, то едва не взвыла от отчаяния. Над входом висело объявление о торжественном открытии.
Завтра.
Клуб откроется завтра вечером.
