Бес подчинился этой просьбе, и на несколько секунд воцарилась тишина, в которой оглушительно билось мое сердце.
– Не может быть… – ахнул Виктор. – Орочий ты сын, как ты это провернул?! А главное – зачем?! Смотрю, тебе понравились прошлогодние опыты!
Он подошел ближе, понюхал еще и еще. Как будто гончая, взявшая след. Мне оставалось лишь переводить непонимающий взгляд с беса на орка и обратно. Я в обнюхивании не разбиралась и не могла понять, в чем заключается причина искреннего восхищения беса.
Я вообще, по правде, окончательно запуталась во всей этой ситуации.
– Мари, – внезапно позвал меня Серп.
Голосом Платона. Интонацией Платона.
Мои глаза неверяще расширились.
Не может быть. Немыслимо. Недопустимо.
В сердце кольнуло безумной мыслью: у них одинаковый взгляд…
Только вот взгляд «моего Платона» в тот, последний раз был совершенно другим. Колючим и холодным, точно арктическая вьюга. Взгляд Серпа Адрона – теплый и ласковый.
Я не понимала, как это возможно. Я не понимала, не сошла ли с ума и не нафантазировала ли себе лишнего. Потому что та догадка, что закралась в мое сознание, была совсем уж ненормальной. Нелогичной. Лишенной даже малейшего намека на здравый смысл.
Но тут Виктор спросил:
– Платон, как это понимать?
И внутри меня будто оборвало туго натянутую струну.
Мне захотелось кинуться к нему. Ощупать, осмотреть, задать тысячу вопросов, чтобы убедиться – в теле дряхлого старика МОЙ Платон.
Или уже не мой?..
Это какой-то бред, просто ересь, рожденная уставшим рассудком. Он же вернулся домой тем утром. Он бросил меня… приказал мне уйти… пытался поцеловать, но губы его были чужими.
Я еле устояла на ногах, пришлось схватиться за угол стола, чтобы не рухнуть на пол. Во мне поднимался ураган эмоций. Непонимание, страх, слабая надежда.
– Во время ритуала что-то пошло не так, – сказал Серп (или Платон?!), помедлив. – Меня перенесло в тело отца. В ту самую минуту, как это самое тело собирались отправить на кремацию. История долгая, обещаю как-нибудь потом поделиться ею во всех подробностях.
– Значит, это был не ты… – выдохнула я, готовая расплакаться.
Все поплыло, приобрело неясные оттенки.
Он не предавал меня…
Или предал?..
В какой момент все произошло? До или после возвращения в особняк?
– Так понимаю, с моим отцом ты уже познакомилась? – поинтересовался мужчина, вновь осматривая меня с ног до головы. – Почему ты без маскировки? Что произошло, как ты здесь оказалась?
Голос наполнился тяжелой злобой. К кому? К собственному отцу?
Я до сих пор не могла поверить, колебалась, выискивая в мужчине еле заметные мелочи, которые помогли бы определить, кто он такой.
Впрочем, один только взгляд даровал мне веру в чудо… тот взгляд, в котором я однажды потерялась…
– Нет уж, это вы обсудите позже. Семейные разборки оставьте на потом, – приказал Виктор, возвращая себе самообладание. – Итак, ты очнулся в теле Серпа Адрона. Что было дальше? Продолжай. – Бес потер ладонь о ладонь. – Нет, все же сегодня великолепный день! Такого улова я не ожидал!
Он нервно, но с явным удовольствием расхохотался.
– А дальше я во всех подробностях рассмотрел тысячу и один вариант собственной гибели. И оказалось, что единственный, кто не убьет Серпа сразу, а хотя бы выслушает, – это ты.
– Семейный дар Адронов, – с придыханием пробормотал бес. Глаза его горели восторгом. – Помнишь, за тобой куча старых должков? Давай в счет одного. Прямо сейчас. Как я умру? – Он прищурился. – Это будет скоро? Нет? Ну же, не думал же ты, что я тебя не спрошу?
Так и брат Платона… кажется, Дитрих видит не просто будущее, а именно смерть человека? Эта мысль внезапно ворвалась в голову вместе с воспоминанием о рыжей девушке в твидовом костюме. Дитрих тогда видел мою… смерть?
– Ты правда хочешь знать?
– Если бы не хотел, то не спрашивал бы, – фыркнул Виктор. – Не тяни. В любом случае твои видения не дают стопроцентную гарантию, что так оно и произойдет. Сам говоришь, видел тысячу и один вариант, как тебя кокнут, но каким-то образом же все-таки сюда добрался.
Платон на это криво усмехнулся. На мгновение мне показалось, что в его глазах полыхнуло пламя. Поежилась, стараясь не думать о том, что мою гибель Платон тоже мог успеть разглядеть. Какой жуткий дар. Жуткий, но полезный. Ведь благодаря ему он выжил и добрался невредимым.
В голове не укладывалось. Нет, конечно, магия может многое, но перемещения душ между телами – это что-то запредельное.
– Я вижу богато украшенную комнату в каком-то особняке. Кругом чрезмерная роскошь. Не замечал за тобой такой тяги, но слышал, с возрастом характер портится. Ты дряхлый старик. Морщинистый, мерзкий, руки трясутся. Пытаешься налить себе вина, но в итоге все разливаешь. Бессильно злишься, потому что залил какие-то важные документы. Рядом с тобой твой сын. Он говорит тебе: «Папа, я тебя люблю. Но ты на моем месте сделал бы то же самое». И перерезает тебе горло.
– Хм… – Виктор потер себе шею, словно почувствовал удар. – Сделаю себе заметку лучше досматривать родню перед аудиенцией.
– О, а теперь видение поменялось, – хмыкнул Платон. – Теперь это яд.
