Нельзя сказать, что такой образ жизни ему нравился, он уставал больше, чем, скажем, в институте, всю ночь зубря какой-нибудь заумный предмет. Но сейчас он постигал науку «быть своим в доску». Мало-помалу у него стало получаться, он втянулся. Теперь он мог всю ночь прошататься по барам и дискотекам, а наутро с красными от недосыпа глазами явиться на работу. У него появились друзья-приятели, такие же молодые прожигатели жизни, полные энергии и амбиций.
Хуже дело обстояло с женщинами. Их было много, но среди них ни одной, которую хотелось бы взять за руку и повести к алтарю. На работе женский коллектив был представлен матронами «за тридцать», бестолковой секретаршей и девочками на побегушках, на которых он, Петров, и внимания не обращал.
Юра тщательно поддерживал имидж светского льва, был вежлив с дамами, услужлив и галантен, ухаживал за всеми, не давая при этом повода думать, что он способен на серьезные отношения с одной из них. Знакомясь в барах, он понимал, что все эти красотки – бабочки-однодневки, блестящие в свете кабацких фонарей. Рассматривать их днем при солнечном свете ему даже не приходило в голову. Это были знакомства на ночь, максимум две.
Такую жизнь вел Петров до встречи с Татьяной. Она появилась в отделе импортных товаров в мае несколько лет назад. Ворвалась вихрем в комнату, обратив на себя внимание всех присутствующих. От этой девушки веяло приближением грозы, чем-то смутным и одновременно радостным.
Юра вспомнил себя маленьким мальчиком, когда он стоял у окна и ему очень хотелось побегать под летним ливнем босиком без зонта. Но он боялся всегда и всего. Например, строгой матери – показаться нелепым, испортить одежду, заболеть и пропустить уроки. Капли звонко били по стеклу и стекали вниз, и ему становилось интересно: как там, под теплыми струями? Не решаясь выйти на улицу, он брел в душ и долго стоял под потоками воды, представляя себя смело разгуливающим босиком по лужам.
И эта девушка вызывала в нем столь же жгучий интерес. Она была другая. Что-то незнакомое было в ее манере поведения, естественное и открытое. Он смотрел на нее и боялся подойти. Вдруг она не захочет с ним знакомиться или окажется не такой, какой он ее представляет? Он бледнел, краснел и невольно подглядывал за незнакомкой. Татьяна подошла первой.
– Привет! Меня зовут Таня.
– Юрий, – промямлил Петров.
– Почему ты все время на меня пялишься? – У девушки была простецкая манера общения, даже слишком, но ему это понравилось. В ее поведении отсутствовали вычурность и неприкрытое кокетство. Юра пожал плечами, ничего не ответив.
– Вместо того чтобы меня есть глазами, лучше помоги. Меня прислали за каталогами, а я никак не разберусь с ними. – Таня протянула ему длиннющий список с названиями.
Петров быстро нашел нужные каталоги и передал их девушке.
– А можно я их возьму домой, а завтра верну?
Потом оказалось, что сумка слишком тяжелая, и Юра вызвался помочь отнести ее Тане домой. Потом последовало приглашение на чай. Потом…
Через полгода они поженились, родительская квартира была разменяна на две двушки, и молодожены зажили самостоятельно. Петров был счастлив, что нашел свою вторую половинку. Татьяна как нельзя лучше подходила на роль жены: хозяйственная, заботливая и простая, напрочь лишенная чувства самолюбия и обожающая своего супруга до одури. В нем опять развились комплексы собственной значимости. Работа перестала его удовлетворять и в плане заработка, и в плане перспектив.
Но все разрешил удачный случай. Приятель предложил ему место старшего экономиста во вновь образованной фирме своего знакомого. Этим знакомым и оказался Олег Клюквин. Петров начал делать успехи и вскоре дослужился до должности исполнительного директора, зарплатой был не обижен, получал девиденты с акций предприятия и проценты от заключаемых сделок.
С приходом больших денег у Юры появилась возможность жить на широкую ногу. Проведя детство и юность в четырех стенах, он старался наверстать упущенное. Юра ударился во все тяжкие: стал посещать казино, появились подруги на стороне, идеальная жена вдруг стала скучной. Нет, на работе это никоим образом не отражалось, он исправно приходил в офис, ездил в командировки, заключал договоры и крутился как белка в колесе. Шеф был им доволен и не мог нарадоваться на такого ценного и исполнительного зама.
Оставалась личная жизнь. Татьяна верила всему сказанному мужем. В ее глазах он сутками пребывал на боевом посту, ночью общался с заказчиками и поставщиками, а презентации вызывали у него неизменную тошноту – не хочется, а идти надо. Татьяне было безумно жалко под утро возвращавшегося Петрова. Но ничего не поделаешь, работа есть работа. В конце концов, он зарабатывает деньги для семьи.
К концу недели Петрова обуревала единственная мечта – выспаться в собственной постели. Воскресенье Юра проводил в четырех стенах, отлеживался, отсыпался. В этот день Таня особенно берегла его: приносила завтрак в постель, ничем не утруждала, исполняла любую его прихоть и тихо кляла мужниного шефа, доводившего Юру до физического изнеможения.
