— Стив самый приличный парень в моём окружении. Никогда бы я не стала знакомить тебя с гнилью. Всё, что случилось между вами, это на сто процентов твоя вина. Я думала, ты хоть чему-то научилась, а ты опять скрытничаешь и ведёшь себя как идиотка. Нафантазировала себе беременность! Поговорила бы со мной, я бы быстро тебя на землю опустила. И знаешь, что? — Аманда зачем-то сделала паузу, хотя я и не думала перебивать её тираду. — Только посмей поссорить меня с ним. У меня вообще никого не осталось, кому было бы до меня дело! Ты это понимаешь? Стив ни в чем не виноват. Уясни это наконец и забудь всё, что было между вами.
— Я не могу! — выкрикнула я ей в унисон.
— Можешь! Ты просто не хочешь! Тебе нравится быть жертвой. Но ты, к счастью, не знаешь, что это такое на самом деле. И потому ты в своём вечном трауре смешна! Чего ты вылезла из воды?!
И тут только я заметила, что действительно поднялась на ноги, а когда хотела вновь усесться в ванну, поскользнулась, и Аманда едва успела схватить меня за руку, пока второй я нащупывала стену.
— Идиотка! Хватит меня пугать! Устроила себе беременность! Да я так над своим тестом не тряслась, как сейчас над твоим. Дура!
Она уже держала меня за плечи и прижимала к груди, не заботясь о том, что кофта её ещё не просохла от моих слёз.
— Ходила темнее тучи! — продолжала тараторить Аманда. — Я уже думала, что чем-то обидела тебя, а она… Дура! Давай уже, сиди в своей ванне.
— Аманда, а это точно…
— Подожди пару дней и всё узнаешь. Только прошу тебя, Стиву не заикнись обо всём об этом. Он и так бешеный. Чувствую, он там какую-то клятву дал на могиле Майкла. Он реально начал говорить, что хочет помогать деньгами хоть немного… А откуда у него деньги! Работу ещё не получил, учиться надо, а потом вторая степень… Но он настырный. Всегда был таким, итальянцы ведь такие. У них там чувство семьи очень сильное, мне не понять.
— У ирландцев тоже, — вставила я, лишь Аманда убрала с меня руки и обхватила свои мокрые плечи.
— Да какие мы ирландцы! Он-то хоть в третьем поколении итальянец, а мы так, даже рыжих волос уже нет!
И она рассмеялась и затянула руками волосы в хвост, обнажая своё теперь какое-то слишком круглое, почти детское с ямочками, лицо.
— Послушай, — вдруг шепнула я, испугавшись слишком быстрой смены её настроения — видно вывел её из себя не разговор с матерью, и Стив говорил с ней совсем не об учёбе. — С чего ты про клятву взяла? Может, он действительно тревожится о тебе. Раз ты сказала, что вы были чуть ли не семьёй?
— В детстве это одно, а сейчас… Нет, я никогда не приму от него ни цента, ты же понимаешь. Я справлюсь, я должна справиться. Иначе я не достойна этого ребёнка.
Аманда сказала это так сурово, что даже ямочки куда-то подевались, а лицо её на мгновение замерло, став маской.
— Тогда может тебе маркетинг онлайн взять? Сейчас ведь хотят людей, которые знают и код, и графику, и продажи. Ну там в контент-менеджеры пойти, что ли…
— И ты туда же! — то ли рассмеялась, то ли вздохнула Аманда. — Только посмей объединиться со Стивом! Уверена, что он будет искать у тебя поддержки. В их семье мужское слово — закон, и он не понимает, отчего я не соглашаюсь с ним. Я сама со всем справлюсь, — и тут же добавила: — Как-нибудь.
— Аманда, но мою помощь ты же принимаешь…
— Принимаю! — перебила она резко. — Пока вижу, что она тебе не в тягость. А никакую финансовую ты мне предложить не можешь, потому что у тебя самой ничего нет. Да я и не приму! На моё имя есть счёт, к которому у меня будет доступ после двадцати одного. Я не знаю, сколько на нём денег, но хоть что-то… Потом всегда можно взять кредит… Безвыходных ситуаций не бывает. Не бывает… А сейчас… — она затаила дыхание, и я тоже, будто Аманда собиралась сказать что-то очень важное. — Надо, чтобы у тебя начались месячные. Тогда ты успокоишься и не будешь портить мне настроение своей кислой миной. Будь позитивной!
Она оттянула от живота намокшую кофту, будто могла просушить её потряхиванием.
— А ты никогда не думала, что Стив любит тебя? — спросила я раньше, чем подумала, что не должна этого говорить.
Аманда замерла с натянутой тканью и посмотрела на меня полными ненависти глазами — слишком ярко они сияли в разогретой ванной комнате.
— Хватит фантазировать! Он не любит меня и точка!
Она вновь хлопнула дверью, но в этот раз уже не так сильно. Обиделась? Как понять это без того, чтобы вылезти из ванны! А покидать её было нельзя. Надо сидеть до победного и, быть может, действительно с первой кровью из меня уйдут все страхи.
