Я лишь кивнула в ответ. Разве следует сомневаться в словах доктора? Я могла усомниться лишь в своей внимательности: я и не замечала, что у Аманды вновь начались проблемы со спиной. Мне даже казалось, что ходить она стала прямее, чем до беременности, а живот теперь упругим мячиком выдавался вперёд так красиво, что я снова стала ловить себя на мысли, что хочу написать её беременную. Эта мысль поселилась во мне будто ревность к Логану, фотоаппарат которого может запечатлеть её живот намного лучше моей кисти, и именно его она будет с благодарностью вспоминать спустя годы. Эти старушечьи мысли смыл натиск моих беременных страхов, а теперь я мыслила просто как художник, у которого чесались руки заполучить редкостную модель.
— Матка тридцать два сантиметра, — поймала я последнюю фразу Аманды.
— А почему в сантиметрах? — попыталась восстановить я прерванную связь с действительностью.
— Потому что почти тридцать три недели!
— И? — Если только можно улыбкой скрыть неловкость…
— Размер матки соответствует неделям. Как ты в дюймах собралась считать!
— А можно мне тебя нарисовать? — задала я спасительный вопрос.
Аманда остановилась, будто усомнилась в услышанном.
— Я подумала, что это может стать хорошей открыткой… Но если ты против…
— Я не против. Но откуда время? Ты даже не приступила к эскизам календаря.
— После интенсива будет пара свободных дней перед началом весеннего семестра. Ты ведь не собираешься до февраля родить…
— Дура!
Мне и самой захотелось хлопнуть себя по губам за абсолютно тупую остроту. Аманда поспешила добраться до машины. Мячик обиженно колыхался под кофтой. Безопаснее продолжать молчать и не ляпнуть очередную глупость.
— Я надеюсь и в День Святого Патрика не родить! — сказала Аманда примирительным тоном, отперев машину.
Да, впереди были два месяца, за которые мне предстояло окончательно постичь смысл фразы «Аманда — мама». А пока будущей маме предстояло победить изжогу. В магазине я попыталась поднять упаковку в восемь стеклянных бутылок, но Аманда оттолкнула меня в сторону со словами:
— Тебе тоже нельзя!
Ряд оказался абсолютно пустым: ни работника, ни другого покупателя, но Аманда быстро нашла решение. Разрезав ключами пластик, мы переставили бутылки в тележку по одной и двинулись к отделу готовых салатов. Аманда покосилась на суши.
— Всё-таки из крабовых палочек делают не только гадость, — начала она в оправдание своих порочных мыслей. — Но эту гадость можно в беременность.
— Может, всё-таки взять на ужин мексиканский салат? Или просто нарезать авокадо с сушёными помидорами…
После вчерашнего вынужденного голодания моя фантазия немного разыгралась, но Аманда так впилась взглядом в суши, будто хотела, чтобы магическая сила перенесла их с полки в тележку. Я взяла на себя роль феи и достала две упаковки. Одну острую, вторую — нет.
— Мне тоже острую, — остановила меня Аманда.
Теперь для полноты картины оставалось лишь купить шипучки, но Аманда прошла мимо безалкогольных напитков и взяла пару упаковок апельсинового сока.
— У тебя же изжога. Какой сок?
— Я хочу, — спокойно ответила Аманда. — Теперь достаточно минералки. Я просто хочу. Тебе этого не понять!
Наверное, мне сложно понять бзики беременной, но ещё труднее разобраться в собственных желаниях и страхах. Хотя на данный момент мне хотелось одного — чтобы месячные, такие долгожданные, наконец закончились и дали мне возможность нормально функционировать. А мысли сейчас легко можно заменить заботами о предстоящем празднике, хотя разумнее всё же заняться университетскими проектами и хотя бы подготовить эскизы. Однако в магазине думалось лишь о еде.
— У нас всё ещё полно апельсинов на дереве. Обязательно привезём с собой для свежего сока.
Наперекор ожиданиям Аманда не улыбнулась, а наоборот нахмурилась.
— Всё равно считаю глупым ехать к твоему отцу. Он из тех людей, которым невозможно соврать два раза.
— Так ты и не будешь врать. Теперь врать незачем. И никто не ждёт от тебя прилюдного оплакивания Майка. Ты лучше разошли приглашения. Я уже послала тебе наш адрес.
Она это сделала, и все девчонки изменили свои планы ей в угоду. Стало на минуту завидно, ведь у меня за все двенадцать лет школы не сложилось ни с кем настоящих дружеских отношений. Интересно, кого я смогу пригласить в паб на свой будущий день рождения?
— Жаль, что ты пиджак не носишь.
Я подняла голову от альбома, в котором весь вечер чирикала варианты дизайна календаря. Аманда перестала листать очередной журнал для беременных.
— Здесь написано, что в Ирландии во время родов роженице одевали пиджак её мужа. Они верили, что так мужу передастся немного боли жены, и она легче родит.
Слишком серьёзный тон не позволил мне улыбнуться. Завтра нас ждёт следующее занятие курсов для беременных. За последние дни я успела позабыть о том, что мне предстоит пережить в день родов. Сейчас меня вновь охватила преждевременная паника.
— У меня будет кофта, — зачем-то выдала я и глупо заморгала.
— А тебе нужна моя боль?
— Нужна ли? Ты думаешь, я останусь спокойной, когда ты будешь корчиться от боли?
