– Сегодня можно! Сегодня – необычный день... Помнишь? Говори!.. Ну!.. – она стала повышать тон, но при этом как-то хитро улыбаясь. – Ну же!
– Я хочу тебя! – Юджин оборвал её вопросительный взгляд. Ожидая ответной реакции, а именно – пощёчины или выплеснутого на него остывшего чёрного кофе.
Но он снова ошибался со своими логичными выводами.
– Наконец-то! Тогда поехали гулять!.. – Она поднялась. – Но прежде пообещай мне, что всегда будешь говорить то, о чём думаешь, и ничего не будешь бояться. Не будешь упускать свой шанс, который даёт нам иногда безжалостная жизнь... – Она взяла Юджина за руку, и они направились к выходу.
– Да, хорошо... – выпалил Юджин, слегка заикаясь, все еще находясь в полном непонимании происходящего. Скажи, а почему сегодня необычный день? – спросил он у девушки, которая вот так, невольно, перевернула весь его внутренний мир.
– Я влюбилась, – не отрывая взгляд, тихо прошептала она. – Но я болею. И скоро умру.
Сербия. Белград. 08:59
Франк пытался собраться с мыслями, но это никак не получалось. Постоянно сбивал детский хохот и шум за стенкой. Тщательно почистив зубы, даже, наверное, больше трёх минут, Франк попытался расчесать свои непослушные волосы. Как всегда, макушка настойчиво выпрямлялась.
«Постой! Ведь сегодня очень важный день, и ты должна выпрямиться! – недовольно пробурчал Франк и мысленно добавил. – Наверно, даже на завтрак не пойду, хватит есть эту пресную дрянь. Поглажу вещи и одену самую чистую рубашку, а остальное пусть здесь остаётся». Открыв шкаф, он из маленькой стопки начал вытаскивать любимую рубашку в красную клетку.
Франк не верил, просто не верил, что именно сейчас его жизнь резко изменится, наверное, в лучшую сторону. Да, скорее в лучшую, куда же хуже!..
Дверь, с едва уловимыми следами былой краски, со скрипом открылась.
– Франк, идём в кабинет.
– Но я ещё не погладил! – с обиженным видом пролепетал он.
– Мало времени... Давай!
Франк застегнул последнюю верхнюю пуговицу и последовал за Долорес, волочась позади неё несмелой походкой, слегка потирая стенку. Думал: «Иду за очень чужим человеком, но хотя знаю её с рождения».
А вот и дверь. И выглядывающий из её ложбинки свет для Франка казался каким-то божественным.
Он остановился возле двери. Долорес ещё раз, постаравшись исправить его макушку, плюнула на морщинистую руку и с усилием начала гладить по голове – по скривившемуся лицу Франка, было понятно: это всё-таки неприятное ощущение. Но всё в пустую, волосы взъерошились ещё сильнее. С чудной причёской он медленно зашёл в комнату. Франк прекрасно понимал, что следующий шаг изменит всю его, до этого ничтожную, жизнь.
– Франк, знакомься, это твои новые родители – Орландо и Инесса.
Глава 5
Утро резко сменила ночь. Казалось, я так и не сомкнул глаз, но усталости не было. Странный вчерашний день прятался от моего сознания. Дискомфортное ощущение давления в мозгах и путающиеся мысли создавали впечатление, что вчера я употребил не меньше галлона низкокачественного алкоголя. Да и поток всплывающих вопросов загромождали туманное сознание. На повестке дня – Вчерашний день?
Лишь знаю, что он был, а что-то более не суждено.
Зайдя в знакомый кабинет, я застал там Джейкоба. Он медленно поднял голову и вкрадчиво осмотрел меня сверху донизу.
– Доброе утро!
– Доброе.
–Что-то ты неважно выглядишь, не выспался?
– Не знаю. Есть ощущение, что вообще не спал.
– Да, и такое бывает.
В зубах он игрался дымящейся сигарой.
– Ты знаешь, что курение вредно?
– Да, да, конечно! Ты прав! И при этом все, кто курят, знают об этом! Так почему, если знаешь, что это убивает, куришь? Парадокс! Хочешь? – он протянул мне дымящуюся сигару.
– Нет, спасибо!
– Присядь, пожалуйста.
Не отрывая взгляда от Джейкоба, я плюхнулся на диван. Он сделал знатную затяжку, явно намекая, что монолог будет долгим.
– На самом деле мы не понимаем одного правила. Мозг отвечает за управление организмом. И если мы знаем, что вредно, он будет помогать запускать программу разрушения органов. Это опять правило. А если ты не знаешь об этом, то всё происходит намного медленнее.
– То есть, все болезни отсюда? – я пальцем указал на висок.
– Фактически да! Всякие неполадки происходят сначала в мысленной форме, а потом сбой идёт ниже. Как ни крути, если у тебя полный негатив к жизни, то неизлечимая болезнь уже запущена и ты вскоре покинешь этот мир. Зачем миру держать не хотящих жить людей, – натянув на свое лицо ухмылку, он указал пальцем в потолок. – Там наверняка невероятно длинная очередь на жизнь. А человеку достаточно узнать свои анализы и, вуаля – благодаря ограниченному остатку времени он влюбляется в каждую секунду своей теперь жалкой жизни. Так сказать, физическая болезнь дана нам для душевного выздоровления.
– Это забавно и как-то страшно даже, – в голове моей отчётливо прояснилась эта горькая правда.
После короткой паузы Джейкоб, приоткрыв рот, медленно протянул:
