Открываю глаза и тянусь к стоящему на столе бокалу с соком. Пригубив, отпиваю побольше. Делаю сразу большой глоток в надежде, что он поможет, наконец, проглотить чёртов кусочек.
Сок не успевает коснуться застрявшего пирожного. Спазм сдавливает горло и тяжёлым комком падает куда-то в желудок. Глаза лезут на лоб…
Со стуком опускаю бокал на стол, зажимаю рот обеими руками и, срываясь с места, несусь в уборную. Успеваю заскочить и наклониться над умывальником за мгновение до того, как комок спазма проделывает обратный путь.
Сколько я стою так, пока мне становится легче, одному небу известно.
Выхожу, едва держась на трясущихся ногах. Обмахиваю лицо мокрыми руками.
— Нет, всё-таки пирожные — зло. Последний раз мне было так же хреново во время…
Застываю на месте как вкопанная. Стою в ступоре, непрерывно моргая, наверное, минуты две. А после обречённо роняю голову в ладони.
— Чёрт! Не может быть. Чёрт! Чёрт…
Но против фактов не попрёшь. Последний раз меня так дико тошнило, когда у меня начались «те самые дни». А было это…
— Больше месяца назад! — рассуждаю я вслух, переминаясь с ноги на ногу. И с тех пор месячных у меня не было. А вот незащищённого секса с женихами, хоть отбавляй. И первый случился тогда, в душевой кабинке. Чем только я думала? — М-да, кажется, зря я винила во всём пирожные.
Интересно, если вечером я сообщу мальчикам, что, возможно, беременна от одного из них, они подерутся?
Представляю себе это зрелище и качаю головой. А может, и нет никакой беременности? Может, просто ложная тревога?
Я должна знать наверняка. Здесь ведь есть аптеки и тесты на беременность, да?
Вспоминаю нашу прогулку с Элиасом по этажу, где располагаются небольшие магазинчики.
Разворачиваюсь и быстрыми шагами иду в комнату. Там лежит денежная карта, которую не так давно Люциан заказал специально для меня. На случай, если мне что-то понадобится. Как в воду глядел…
Беру карту и прямиком из холла квартиры захожу в лифт. Выбираю на панели нужный этаж и спускаюсь.
Аптеку я нахожу довольно быстро, а вот тестов здесь не оказывается. Вместо этого мне предлагают сдать анализ, дающий почти моментальный ответ.
Соглашаюсь. Тем более всё что от меня требуется, это приложить палец к маленькому экрану. И уже через мгновение я знаю ответ на свой вопрос.
Пребывая в некотором шоке от новости, возвращаюсь в квартиру. Некоторое время сижу, не моргая, глядя в одну точку.
С ума сойти, я стану мамой. Уже меньше чем через девять месяцев.
Опускаю глаза, вглядываюсь в плоский живот, обтянутый тканью платья, и аккуратно кладу на него ладонь.
Сначала в голову закрадывается шальная мысль, спуститься в офис «Видара Григгс» и основательно нарушить душевное спокойствие владельцев корпорации.
Однако, подумав, отказываюсь от этой идеи. Такие новости нужно сообщать в уютной домашней обстановке.
Романтический ужин. Приглушённый свет…
— Скорее бы мои мальчики вернулись домой, — произношу шёпотом.
Скучаю по ним. Беременность что ли на меня так влияет?
Размышления неожиданно прерывает звонок в дверь…
Мальчики?
Нет, они не станут звонить в собственную квартиру.
Но тогда кто?
Подхожу к двери, активирую охранный визор и смотрю на экран. Не вижу лица визитёра, только руки в чёрных перчатках, обхватывающие охапку тёмно-зелёных стеблей.
— Вы к кому? — спрашиваю, наклоняясь к переговорной решётке охранного визора.
— Доставка цветов для Леары Григгс, — отвечает мне незнакомый грубый голос.
— От кого? — Прикусываю от волнения нижнюю губу.
Вообще подобный поступок вполне в духе обоих братцев Григгс.
— В букете есть карточка. Хотите, прочитаю?
Терзаюсь сомнениями несколько кратких секунд, а затем качаю головой. По-моему, у меня уже развивается паранойя.
— Нет, не нужно.
Протягиваю руку к охранному визору и нажимаю кнопку открытия дверного замка.
Боги! Наверное, я совсем спятила. Ничему меня жизнь не учит. Ещё недавно я вот так же открыла дверь и поплатилась. И потом две недели шарахалась от каждого звука и пряталась за широкие спины женихов. А теперь вот снова…
Так, стоп. Мне нужны только положительные эмоции. Не хочу думать о плохом.
К тому же, если верить моим женихам, Кимберли в тюрьме, а о Нирзе уже давно никто ничего не слышал.
Кому ещё, кроме этих двоих взбредёт в голову переться в небоскрёб с огромным букетом, чтобы сделать мне гадость?
Успокоив себя, тянусь к дверной ручке, поворачиваю и приоткрываю. Упираюсь взглядом в ворох цветов.
— Эм… — не знаю, что сказать. То ли пригласить пройти, то ли самой выйти наружу.
Пока стою так в раздумьях, курьер, надвигаясь на меня, переступает порог и оказывается в квартире.
— Ну, здравствуй, сестрёнка.
Букет выскальзывает из рук доставщика и, рассыпаясь веером, падает на пол.
Теперь я отчётливо вижу лицо «курьера», и с трудом из-за большого количества грима узнаю Кимберли.
— Подожди, — доходит до меня неожиданно. — Разве ты не должна быть сейчас в тюрьме? Ты, что сбежала?
Она только смотрит на меня и молчит, издевательски усмехаясь. А на меня наваливается внезапное головокружение.
Да что там головокружение! Я близка к панике.
