– Оставайся здесь, – повторил Торн, открыл дверь и вышел из машины.
Джастис последовал за ним. Не в силах побороть любопытство, я пересела на другую сторону и, выглянув в окно, увидела, как мой отец и Нико выходят из машины, а его люди выскакивают из машин с обеих сторон. Внезапно все направили оружие друг на друга.
Не желая допустить перестрелку, я распахнула дверь и ударила ей Торна по ногам. Даже не взглянув на меня, он просунул руку внутрь и потянул меня наружу. Капли дождя тут же ударили по лицу, и я часто заморгала в попытке что-то разглядеть.
– Ты в порядке? – спросил меня отец.
Я стояла прямо, одетая в темные джинсы и желтый свитер, на ногах были босоножки на танкетке.
– Все хорошо, – сказала я, надеясь, что выглядела спокойной и контролировала ситуацию. Однако эмоции зашкаливали. – Не надо никого сегодня убивать.
– Верно. – Отец сверлил Торна взглядом. – Это произойдет в другой раз.
– С нетерпением жду этого, – проговорил Торн, растягивая слова. – Где мои гранаты?
Этот вопрос ранил меня сильнее ножа.
Отец указал на последний в процессии грузовик, из которого несколько крепких мужчин уже выгрузили большой металлический контейнер. Торн дал знак, и двое его людей, быстро заглянув внутрь, кивнули и отнесли контейнер в свой внедорожник.
«Серьезно? Он обменял меня на гранаты. Вот ублюдок!» – выругалась я про себя.
– И сколько же гранатов я стою? – спросила я, глядя снизу вверх на бесстрастное лицо Торна.
Он приподнял бровь.
– Намного больше, чем я когда-либо получу. Обещаю.
– Не важно, – сказала я, повернулась и преувеличенно вздохнула. – Ребята, может, закончим представление? Мне правда пора на работу.
Никто не сдвинулся с места: похоже, моя бравада их не впечатлила.
– Ладно, – сказал Торн, отпустив мою руку. – Садись в машину и держись подальше от оружия.
Я воспользовалась моментом и перешла на шепот.
– Ты совсем забудешь обо мне? – спросила я. Похоже, я уже тогда начала скучать по нему.
– Нет, – произнес он, но в его тоне не было теплоты. – Я обещаю тебе, Алана Бомонт, у нас еще многое впереди.
– Это не имеет смысла.
– Не важно, что ты думаешь, – мрачно сказал он. – Я скоро приду за тобой. Ни на секунду не забывай о том, кому ты принадлежишь.
Я вернулась к машине и достала из салона два рюкзака, прежде чем двинуться по покрытой грязью дороге к отцу.
– Он сделал тебе больно?
– Нет, – честно ответила я. Ну, не в том смысле, который он имел в виду.
– Что, черт возьми, в этих рюкзаках?
Я сглотнула, еле сдерживаясь от того, чтобы не сбросить их на землю. Они были слишком тяжелыми.
– Книги. – Я ведь собрала целую стопку не просто так.
Отец посмотрел на меня как на сумасшедшую, а после открыл заднюю дверь. Нико обошел машину и сел рядом со мной. Здесь оказалось прохладнее, чем в салоне Торна.
«Неужели он включал для меня обогреватель? – задумалась я. – Черт, я идиотка. Конечно, нет». Казалось, я останусь в зеркале заднего вида Торна Битаха навсегда.
Нико протянул мне телефон.
– Тебе нужно срочно что-нибудь опубликовать. С каждой секундой мы теряем все больше подтвержденных аккаунтов с платными подписками.
Я взяла телефон и медленно опустила стекло.
– Торн, все же было по-настоящему, – прошептала я.
Он посмотрел на меня так, словно хотел преодолеть разделявшее нас расстояние.
Я сглотнула, легкие горели.
– Прошлой ночью ты многому меня научил. Возможно, и мне удастся тебя чему-то научить. – Я вымученно улыбнулась, но мне было не привыкать, ведь я умела вести себя перед камерами. – Дело в том, что никогда нельзя быть в чем-то полностью уверенным. – Эту фразу я произнесла на безупречном гэльском.
Его взгляд переменился.
Когда мы начали отъезжать, мне потребовалась вся сила воли, чтобы не оглянуться, хотя это уже не имело бы никакого значения. Взгляд Торна впился в меня – я чувствовала.
Получай, «Малис Медиа».
Два граната лежали на краю стола: один был здоровым, другой – зараженным. К сожалению, в тот момент я был связан только с последним – камнем насыщенного красного цвета, отливающего черным. Хотя гранаты становились красивее после огранки и полировки, в необработанном виде они были более полезны.
Как и я.
Ощущение было такое, словно под кожей шныряли разъяренные муравьи, вызывая во всем теле сильное напряжение. Алана была где-то там, далеко от меня. Она могла быть в опасности или, не дай бог, ранена. Я заранее винил в этом Матиаса.
И себя тоже.
Резкое желание разыскать ее чуть было не заставило меня сорваться с места, но сначала нужно было определить ее местонахождение. Я не планировал отпускать ее, поэтому ничего для чипирования не подготовил. Повторять эту ошибку я не собирался, поэтому приказал миссис Пендрейк раздобыть необходимые материалы. Алана опубликовала один-единственный пост сразу после того, как ее увезли: просто улыбнулась и подмигнула в камеру.
Я обернулся и посмотрел на бушующий Тихий океан. Дождь барабанил по воде с такой силой, что на поверхности образовывалась пена. Громко звучали раскаты грома, отчего резонировали камни моего мрачного замка, а порывы ветра разносили призрачный вой по всем владениям.
