На мгновение его взгляд затуманился. Очевидно, он был в замешательстве.
– Битах, она помолвлена с другим мужчиной. Давай просто покончим с этим.
В любом случае я мог просто убить его. Говорить Алане о том, зачем мне нужен был гранат, я не хотел, потому что, скорее всего, она расскажет все своему старику.
– Хорошо, но мне нужен весь твой запас гранатов в дополнение к тому большому. Я пришлю тебе координаты за полчаса до встречи, через два часа.
Мои снайперы должны были прибыть на место заранее.
– Если прикоснешься к ней, я убью тебя, – пригрозил мне Матиас.
Я сделал гораздо больше, чем он мог представить, но его это не касалось. Это было только между мной и Аланой, и этому мудаку совершенно необязательно обо всем знать.
– Не будь идиотом.
– А еще я хочу вернуть себе кристаллы кварца и четыре александритовые пирамиды, которые ты украл! – выпалил он.
Я одарил его издевательской улыбкой.
– Прости. Твои гранаты хранятся у меня только для красоты, и кристаллы я оставлю себе. – Я ничего не собирался отдавать, ведь это был временный обмен.
– Послушай, ублюдок, – сказал он, приблизив лицо к камере. – Если хочешь войны, то я тебе ее устрою. И ты проиграешь.
Я думал о том, что если он не отступит, то мне, возможно, придется его убить, а это наверняка не обрадует Алану.
– Прекрати угрожать мне, старик. Еще одно слово – и я забуду о своих добрых намерениях вернуть тебе дочь. Обещаю: если разозлишь меня, то никогда больше ее не увидишь, – сказал я и выглянул в окно, за которым Дермот с напарником кормили тварей во рву.
– Хочу увидеть свою дочь прямо сейчас, – огрызнулся Матиас.
Я поднял глаза на потемневшее небо.
– Сейчас четыре утра. Твоя дочь мирно спит, и я не собираюсь ее будить.
– Мне нужно убедиться, что с ней все в порядке.
Я не мог понять, говорит он правду или нет. В то время, на мой взгляд, он был не очень хорошим отцом.
«Он правда скучает по своей дочери или ему просто нужен лучший блогер в «Аквариус Сошиал»?» – мелькнуло в голове.
– Привыкай к разочарованиям. Я пришлю координаты места за пятнадцать минут до встречи.
– Ты же сказал, что за полчаса, – пробормотал он.
– Передумал, – сказал я и бросил трубку. Хорошо казаться противоречивым в глазах врагов: им не нужно знать, на что я на самом деле способен. Взгляд снова упал на ледяной гранат, который лежал на столе.
«Если Матиас имеет какое-то отношение к этому проклятию, я позабочусь о том, чтобы он первым встретился с дьяволом», – подумал я.
Гнев вспыхнул во мне подобно электрическому току, пущенному по проводам, и надо сказать, что это ощущение нравилось мне гораздо больше, чем боль. Торн разбудил меня грубым приказом собраться в дорогу, даже не удосужившись объяснить, что происходит. Я поспешно оделась и направилась в вестибюль.
Предрассветные сумерки окутали небо и начали раскрашивать его в розово-персиковые тона, когда мы проезжали окраину порта Редвуд-Сити. В воздухе витало напряжение, и я пыталась сохранять спокойствие, сидя на заднем сиденье внедорожника, но сдерживать эмоции было сложно. Торн полностью удовлетворил меня, и теперь все мое тело приятно ныло. Даже теплая ванна, которую я приняла ранее, не помогла стереть следы наших любовных утех. То есть секса. Черт, у меня буквально появились сердечки в глазах, а он пытался от меня избавиться. Серьезно?
Неглубокие царапины и следы от укусов до сих пор пульсировали в самых интимных местах, и я чувствовала себя так, словно меня поимели. В положительном смысле этого слова.
Я даже думала о том, что, возможно, после Торна мне будет сложно смотреть на других мужчин.
Вопросы так и норовили сорваться с языка, но начать обсуждать произошедшее между нами перед мужчинами, сидящими на переднем сиденье автомобиля, было бы слишком неловко.
Я ненавидела его до глубины души, ведь он получил то, что хотел, – мою дурацкую девственность. Как говорил Кэл, все хотели залезть ко мне в трусы, и тот, кто добрался туда первым, мог объявить себя победителем. Я позволила Торну сделать это – он получил мое «да».
«Он победил. Ублюдок», – ругалась я про себя.
Торн сидел рядом со мной в обычных черных брюках и белой рубашке, но теперь у него было оружие в наплечной кобуре и еще одно на бедре. Возможно, это были модели «Глока», но, честно говоря, я никогда не обращала особого внимания на пистолеты. Его мышцы напряглись, и мне показалось, что расстояние между нами было гораздо больше тех дюймов, что на самом деле разделяли нас. Что бы ни произошло той ночью, это было уже в прошлом и его не волновало.
Я будто была картиной, которую он в ночи написал яркими красками страсти. Однако из-за его внезапной холодности все оттенки на холсте поблекли и я стала серой, безжизненной и скучной.
«Откуда во мне вся эта сентиментальность? Ради всего святого. Я предложила ему сделку и сказала, что ухожу, – думала я. – Но Торн сказал, что хочет, чтобы я осталась. Гнусный лжец».
Джастис оглянулся на нас.
– Судя по данным дальнего наблюдения, Матиас погрузил контейнер с гранатами для обмена.
Меня чуть не стошнило.
