– Я выяснил, что Джеки перед публикацией видео с Аланой заплатили пятьдесят тысяч долларов. Она знала, что делала.
– Теперь она мертва.
– Да. Сейчас пытаюсь отследить источник платежа.
У меня всегда были враги, так что это неудивительно. В любом случае я планировал найти тех, кто вовлек во все это Алану, и заставить их заплатить.
– Что-нибудь еще? – Я сдержал гнев и переключился: Каз и так не спал неделю и делал все, что в его силах.
– Да. Было доказано, что мертвое тело женщины, которое нашли у бара в центре города, не принадлежит Алане Бомонт. Но чтобы это выяснить, потребовался анализ ДНК, потому что у трупа было разбито лицо. Это уже третья жертва за последнюю пару лет.
Я задумался.
– Третья? Этот случай связан с другими убийствами?
– Не уверен. Те две женщины были убиты в центре Сан-Франциско. Хотя этот город – настоящее скопище преступников, так что все может быть. В любом случае я разберусь с этим.
Ясно было одно: дни, когда Алана свободно посещала бары, прошли.
– Скоро спущусь в офис.
Я положил трубку, но уже через секунду телефон завибрировал снова. Взглянув на экран, я принял видеозвонок. В поле зрения появилось лицо Матиаса Бомонта, и все мои эмоции отправились в пустоту, где им было самое место. На удивление ему потребовалось даже больше времени, чем я ожидал, чтобы найти мой публичный номер. Ну, учитывая мою публичность.
– Матиас, – спокойно начал я.
Его лицо покраснело.
– Где, черт возьми, моя дочь, ублюдок?
Клянусь, его слова были на вкус как подгоревшая курица.
«Где же чертовы мятные леденцы?» – подумал я.
– Только не говори мне, что был так неосторожен, что потерял подобное сокровище. – Издевка, с которой я выплюнул эти слова, прозвучала настолько оскорбительно, что от гнева он задрожал.
– Я в курсе, что она у тебя. – У него был такой вид, будто его вот-вот хватит сердечный приступ. – Твои люди пропустили несколько дорожных камер в районе во время побега.
Вероятно, так оно и было.
– Она останется здесь, Матиас.
– Уверен? – спросил он, наклонившись ближе, его ноздри раздулись. – Для меня это не первое похищение и не первый выкуп.
Наградив его леденящим взглядом, я улыбнулся.
– У меня есть то, что мне нужно.
Он оценивающе посмотрел на меня.
– На самом деле это у меня есть то, что тебе нужно.
Обеими руками он поднял перед экраном чистый гранат, который весил по меньшей мере десять фунтов или даже больше, чем тот, что был связан со мной.
– Ходят слухи, что ты ищешь его, – сказал Матиас и отложил камень. – Я предлагаю обмен.
Ярость клокотала в груди: столько безуспешных попыток добыть этот гранат, и вот он в руках Бомонта!
– Ты, кажется, забываешь, что у меня твоя дочь. – Глаза блеснули холодом.
Алана определенно останется со мной надолго. Но этот камень… Я чувствовал его силу. Может ли он вылечить меня и спасти «Малис Медиа»?
Матиас усмехнулся.
– Это разовое предложение: моя дочь в обмен на этот кристалл, как в старые добрые времена. Если откажешься, я уничтожу этот кристалл, сотру каждую частицу в порошок, – сказал Бомонт, и его глаза сузились. – Он больше, чем тот, что у тебя, хоть и ненамного. Почему ты так хочешь его заполучить?
Я не мог понять, какую игру он ведет. Если он знал причину, то вполне мог приложить руку к созданию вируса, который уничтожал мой гранат и вместе с ним – мою жизнь. В противном случае ему, вероятно, грозила опасность, ведь он, как я думал, заряжал кристаллы для «Аквариус Сошиал».
– Не твое дело. – В голове крутились возможные варианты, и один казался хуже другого. – Здесь твоя дочь в безопасности, которую ты не смог ей обеспечить.
– В баре присутствовала охрана, которая помогла задержать потенциальных похитителей.
Разумеется, у него было свое мнение на этот счет.
– Кто стоял за нападением? – Если уж на то пошло, то я буду тем, кто закопает их в землю.
– Пока неизвестно, – ответил Матиас. – Мы вышли на след людей из банды «Перпл двадцать один», но пока неясно, кто именно их нанял.
Гнев переполнял меня. Алана стала моей, и никто не заберет ее у меня. Тем более ее придурок-отец.
– У меня есть свой человек в этой банде, так что я все выясню, но Алана останется со мной.
– Этого не будет.
Грудь пылала огнем: я был уверен, что здесь она, черт возьми, в большей безопасности.
– Тебе все еще нужен жертвенный ягненок, да?
Бомонту не понравилась моя насмешка, и он надул щеки.
– Мои семейные дела тебя не касаются. Но можешь посмотреть, как я измельчу твой драгоценный камень.
Черт, мне действительно был нужен этот гранат, но Алана так глубоко проникла в мое сердце, что мысль о том, чтобы отпустить ее, была невыносима. И все же я не принесу ей никакой пользы, если умру, поэтому решил сделать все, что было в моих силах, ради нашего совместного будущего. Воспоминание о том, как она произносила мое имя прошлой ночью, немного успокоило меня.
– Я готов обменять александрит естественной формы на гранат.
– Нет. Мне нужна моя дочь.
Я удивился. Может быть, он действительно волновался за ее судьбу?
– Если ты не сможешь ее защитить, я выслежу тебя и сдеру всю кожу. Медленно.
