- Издеваетесь?! - возмутился Хорькофф. - Чтобы замять скандал и отмазаться от следствия, мы одних только взяток чинушам будем вынуждены дать в сто раз больше.
- Можно и больше. В знак моего к Вам уважения и бескорыстной любви к размеру комиссионных страховочку можно увеличить. Очень даже вполне себе на нормальную сумму, коя никак не заденет Ваших интересов, а наоборот, послужит их укреплению и процветанию...
- Банкуем! - нетерпеливо потребовал Хорькофф.
"Как бы не добанковаться до того, что Пал-Никодимыч собственноручно удавит меня ", - заволновалась я.
Но тут же подавила в себе панику. Собралась духом. Сжала кулаки, и волевым усилием выдавила из себя:
- О, мой га-а-д! Тогда... Тогда милли... ард... ов... пять! Долларов. Штатовских. Соответственно страховой взнос - полтора процента. Это где-то лямов семьдесят пять будет.
"Сейчас пошлет меня куда подальше", - пронеслось тревожным холодком в моей голове, и я вдобавок к кулакам сжала еще и зубы, затаив дыхание в ожидании ответа Хорькоффа.
И чем дольше длилось ожидание, тем активнее работало мое воображение. В голове роились мыслишки вроде: "Е-мое! Моих комиссионных лимончиков получится аж целых семь! Я - вся из себя такая... ну, в общем, миллионерша и роскошная светская львица - буду купаться в золоте и брильянтах, отрываться в Куршавеле и пускать фейерверки во дворе виллы напротив президентской дачи! И тогда пацаны из "Кольчужника" заценят меня о-го-го как. Особенно, если я им подарю старинный бронепоезд и современную межконтинентальную ракету".
- А Ваша компания потянет? - прервал молчание, бросив на меня недоверчивый взгляд, Хорькофф.
- Естественно, мое руководство попытается кинуть Вас при первом же шухере, - призналась я, решив, что хотя бы с одной стороной будущего договора надо играть честно.
- Это легко разрулим, - махнул рукой Хорькофф. - Тесть мой - большой спец по таким разборкам.
- Если ОВО "LАДИК" прижать к стенке, то мое начальство баблосы найдет. Мы ж перестраховывает все свои риски в куче гораздо более мощных контор, в том числе и с государственным участием. Потом, конечно, кое-кто из наших гарантов захочет кое-кому из нашего руководства отбить почки. Но это уже издержки производства. Так что, не переживайте, потянем. Хватит даже на то, чтобы кормить Ваших бедолаг собачьими консервами по гроб жизни. Кстати, на фига Вы их ими пичкаете?
- Они не могли ничего есть из обычной пищи. Зато собачью еду, что принесла для своего пуделя одна из сотрудниц, сожрали с удовольствием. И пошло-поехало.
- Дела-а-а-а...
- Теперь заказываем такую пищу оптом в офис, чтоб наши по магазинам не шастали, создавая вокруг себя нездоровый ажиотаж.
Тут у меня снова запел мобильник. Я поднесла его к уху.
- Лодзеева, быстро заказывай нам пропуск, - приказал мне Пал-Никодимыч. - Нас не пускают.
- Пал-Никодимыч, как я рада, что вы подошли! - радостно соврала я шефу. - Даже представить себе не можете, как это хорошо!
- Нас не пускают! - повторил шеф.
- Кого не пускают? Вас? Да быть такого не может! Наверное, что-то перепутали. Сами понимаете, визит был не запланирован и торжественную встречу за столь короткое время организовать...
- Скажи им, пусть пропустят меня и юриста.
- Погодите, Пал-Никодимыч, а куда Вас не пускают-то? Не ошиблись ли Вы часом адреском? Дверь какая? А у швейцара чо за кокарда над козырьком?
- Лодзеева, я еще не настолько выжил из ума, чтобы не разобраться, где нахожусь. Мы прямо у проходной в "ИNФЕRNО". И нас не пускают.
- Кто не пускает?
- Ты Лодзеева дурочку-то не гони! Ясен пень - это местные архаровцы.
- А как фамилии этих негодяев? Я сделаю все, чтобы они были строго наказаны!
- Хрен с ними, с фамилиями! Давай шевелись, сделай уже чего-нибудь!
- А они совсем не пускают или просто не дают пройти? Ой, что-то слышимость падает... Не поняла... Говорите громче! Не слы-ы-шу!
Я отключили мобильник и сказала:
- Быстро моя братва притопала. Наверно, скакали через пробки на той самой жабе, которая душит жадюг. Давайте взвинтим темп наших деловых переговоров и приступим наконец к их финальной части. Кстати, Пал-Никодимыч довольно пробивная личность. Боюсь, что они сюда прорвутся?.
- Без моего ведома сюда никого не пустят, - успокоил меня Хорькофф. - Наша служба безопасности при необходимости способна отразить натиск штурмового батальона десантной бригады.
- Я хоть и не служила в ВДВ, но Вам верю полностью. На себе убедилась в хватке Ваших головорезов. Представляете, они меня чуть не убили!
- Представляю.
- Итак, оформляем договор на пятимиллиардное страховое возмещение. Вас устраивает? О, по лицу вижу: вполне устраивает. Ну что, жахнем невероятным по невозможному?
Хорькофф радостно закивал, еще не до конца веря в свое счастье. Теперь он уже больше походил не на голодного степного волка, а на добродушного лесного енота-полоскуна, обожравшегося лягушками.
Я заполнили два экземпляра договора и передала их Хорькоффу. Тот подписал оба. И вызвал секретутку.
