– Наконец-то застал вас дома, – улыбнулся курьер и протянул мне большой зеленый цилиндр, перевязанный золотистой лентой.
Прежде чем я успела что-то ответить, парень развернулся и поспешил вниз по лестнице.
Я поставила коробку на стол и развязала тесьму. Догадаться, кто был отправителем послания, было совсем несложно. Обычно так мне доставлял приглашения на свои вечеринки Евгений Гераскин, которого в городе называли не иначе как Гэтсби за любовь эти самые вечеринки устраивать. Делал он это не абы как, а с особым размахом.
Впрочем, послание могло быть и не от него. Неприятных сюрпризов мне совсем не хотелось, оттого я немного замешкалась, но все-таки подняла картонную крышку.
Сверху лежал плоский пластиковый круг со стрелкой посередине. Он напомнил мне стол из популярной телеигры, разве что волчок в центре отсутствовал.
Под ним – композиция из разнообразных живых цветов. Они были настолько свежими, что их аромат сразу распространился по кухне. Я задумалась, если курьер не мог застать меня здесь несколько дней, как они добрались до меня в таком виде, словно их только что сорвали? Особые условия хранения или кто-то каждый раз заботливо обновлял цветы?
Среди бутонов лежал плотный конверт из золотистой бумаги и венецианская маска с лентами. На этот раз она была изумрудного цвета, под стать самой коробке.
«Татьяна, жизнь без игры скучна и однообразна. Приглашаю вас поиграть со мной в эту субботу. Ваш Г.» – гласила записка на тисненом картоне.
В прошлый раз я явилась на вечеринку к Гераскину и оказалась там единственной гостьей. Текст послания словно намекал, что и в этот раз он приготовил что-то лично для меня. Однако, учитывая, что Гэтсби никогда не повторялся, даже в мелочах, его слова могли подразумевать все что угодно.
Я взяла в руки пластиковую рулетку, раскрутила стрелку, та принялась неистово вращаться вокруг своей оси. Наконец она замерла на одном из секторов. Каждый из них был подписан. Мне выпала цифра «четыре».
Что это могло означать, было мне неведомо.
Мои размышления прервал телефонный звонок. Геннадий Михайлович предлагал отправиться на вокзал, где меня уже ждали в службе безопасности.
– Селиванова тебе в помощь отправить? – поинтересовался он, имея в виду нашего лучшего сотрудника.
– Ему что, заняться нечем? – удивилась я.
– Смешно, – хохотнуло в трубку начальство. – Дел выше крыши!
– Вот пусть ими и занимается! Или вы думаете, что одна я не справлюсь?
– Если быть откровенным, я думаю, что без него ты справишься даже быстрее, – ответил Геннадий Михайлович и отключился.
Я подъехала к вокзалу вскоре после прибытия сразу нескольких составов. Из здания непрерывным потоком выходили люди, машины пытались разъехаться на заснеженной парковке.
Когда-то я регулярно сидела за рулем авто, и теперь, глядя на эту катавасию, ничуть не жалела, что пересела на общественный транспорт.
Глядя на пассажиров, садящихся в такси, я пыталась представить на их месте Ефременко. Впрочем, картина ее прибытия в наш город могла напоминать и ту, что разворачивалась метрах в десяти от меня. Молодой человек с огромным букетом переминался с ноги на ногу в ожидании своей визави.
Понаблюдав еще немного, я дождалась, когда основной поток людей поредеет, и направилась в здание вокзала. Сотрудники досмотра при входе, просветив предварительно мою сумку, подсказали, где найти Кривых. Именно эту фамилию мне озвучил недавно по телефону Геннадий Михайлович.
За кассами я свернула в длинный коридор. Подойдя к нужному кабинету, постучала.
– Открыто, – услышала я женский голос.
Грузная женщина с коротко стриженными бордовыми волосами, сидящая в кресле, плотно придвинутом к столу с мониторами, и оказалась Кривых.
Я представилась, и она выдвинула вперед шаткий табурет, на который мне предлагалось присесть.
– Я, кстати, Ольга, – заявила она. – Кого искать будем?
– Темноволосую девушку в черной куртке, – невесело произнесла я, прекрасно понимая, что мое описание примерно соответствовало ответу: «Иголку в стоге сена».
– Файлы с записями того дня вот в этой папке, успела собрать перед вашим приходом, – похвасталась Ольга. – Я покурю, а вы, Татьяна, смотрите, не стесняйтесь!
Ее фраза позабавила. Прозвучала она так, будто я собиралась штудировать видео из мужской раздевалки, а не с городского вокзала.
Экспресс курсировал между двумя городами всего с одной остановкой, наш город был конечной точкой маршрута. На видео я увидела состав из десяти одинаковых серых вагонов. По прибытии из каждого хлынули пассажиры. Большинство были в темной одежде, половина из них – женщины.
Перед моим отъездом Анастасия выяснила номер места и вагон, в который приобрела билет Ефременко. Не без труда я отыскала запись с нужной мне камеры. С этого ракурса лучше всего охватывался выход из третьего вагона. Я внимательно разглядывала каждого, кто выходил из дверей поезда.
