Однажды я тебя найду полностью

Там лежала старуха. Дряхлая и, по всей видимости, очень больная. Джеймсу она показалась почти такой же мертвой, как лежащий внизу доктор. Череп плотно обтягивала желтая кожа, дыхание было частым и поверхностным, глаза закрыты. Она вновь кашлянула, намного тише, чем в первый раз.

Джеймс облегченно вздохнул: она даже не знает, что рядом посторонний.

С открытыми ставнями запах стал терпимее, и он оглядел комнату. Здесь стояли два больших шкафа, бок о бок, один платяной шкаф поменьше и камин, над ним – морской пейзаж маслом: разбивающиеся о берег волны под мрачным, темным небом.

Он начал с больших шкафов, отодвинул их от стены, испытав сильнейшую боль в спине. Сейфа там не было, стену закрывали обои.

Платяной шкаф, хоть и маленький, оказался весьма тяжелым – сдвинуть его с места удалось с трудом. Джеймса вдруг осенило: «Внутри сейф; проще взломать дверь, чем искать к ней ключ». В кармане лежал перочинный ножик, однако для этой работы он не подошел.

Чертыхнувшись, Джеймс поковылял вниз и вернулся двумя минутами позже с найденным в кухне тяжелым тесаком. Вскоре замок отлетел в сторону.

Шкаф был доверху набит старыми кожаными сапогами и ботинками, некоторые выглядели как из прошлого века. Джеймс выгреб огромную кучу обуви на пол, но не обнаружил ничего, кроме пыли и мышиных какашек.

Он снова выругался и вдруг понял, что теперь отодвинуть гардероб от стены будет легче. Однако повторилась та же история, что и с большими шкафами: там оказалась просто стена. Стукнув по ней кулаком, он в отчаянии посмотрел на часы. «Проклятье! Уже четверть седьмого». Он решил продлить выделенное самому себе время до получаса. Добраться раньше из Сент-Омера полицейские не смогут, а если бы послали местных, они были бы уже здесь.

Осталось проверить картину. Если за ней сейфа нет, значит, он под настилом или в другом таком же недоступном месте. Либо его попросту не существует.

Джеймс подошел к камину и резко толкнул картину в сторону. Она тяжело поддалась. Хорошо. Значит, не прикручена к стене. Он крепко ухватился за нее обеими руками, приподнял вверх, снял и бросил на стоящий рядом стул.

Перед ним был сейф.

Совсем маленький, новый, с дверцей из матированной стали в толстой металлической раме. Замок – в самом центре. Джеймс вставил ключ и стал поворачивать по часовой стрелке. Ключ сперва немного поддался, а затем застрял. Он попробовал еще. Без результата. Изо всех сил стараясь держать себя в руках, Джеймс крутанул ключ в обратном направлении – та же история. Он дергал ключ вверх и вниз, из стороны в сторону… Сейф отказывался открываться.

От досады он хлопнул по дверце обеими ладонями и выругался вслух.

– Юбер? – Проснулась старуха.

Джеймс подошел к кровати.

Тяжело дыша, она вновь позвала доктора по имени.

Наверное, убитый приходился ей сыном.

– Юбер?

Глаза все еще были закрыты.

Джеймс попытался воспроизвести резкий голос доктора и выдавил:

– Oui.

Губы старухи сложились в едва заметную улыбку. Набрав в грудь воздуха, она проскрипела:

– Вечно ты забываешь, Юбер! Сначала нажать пружину, только потом ключ.

По-французски Джеймс изъяснялся с трудом, однако суть старухиной инструкции ухватил. Забыть что-то, потом нажать и только затем ключ.

– Merci, chère Maman, – ответил он в надежде, что именно так к ней и обращался Юбер.

Старуха не отреагировала.

Он поспешил обратно к сейфу, но не нашел ничего, на что можно было нажать. Попробовал надавить на сам замок; тот сидел прочно. Пробежался пальцами по металлической раме, нащупывая хоть какое-нибудь углубление и выпуклость. Ничего.

Стиснув от злости зубы, Джеймс отступил и попытался отвлечься. Остался один шаг! Найдены и ключ, и сейф… Что же такое нужно сделать, чтобы открылась эта треклятая штуковина?

Он присмотрелся к дверце: к раме прилегает плотно, однако по всей длине стыка идет тоненькая, как волосок, трещина. Послюнявив указательный палец, он медленно провел по кромке двери. И над самым замком обнаружил едва ощутимый выступ. Он внимательно осмотрел это место.

Так и есть. Почти невидимый заусенец между дверцей и рамой. Удивленно присвистнув, он выудил из кармана перочинный нож, открыл самое маленькое лезвие, приставил кончик к выступу и осторожно надавил.

Послышалось стрекотание и резкий щелчок.

Стараясь унять дрожь в руках, Джеймс вновь вставил ключ в замок и повернул вправо. На этот раз сопротивления не последовало. Ключ ушел на девяносто градусов, раздался звук металла, легко скользящего по металлу, и дверь, глухо стукнув, открылась.

Он едва не вскрикнул от восторга.

За дверцей зияла черная дыра, но на поиски фонаря времени не оставалось. Джеймс просто засунул руки внутрь и стал выгребать содержимое на пол. Опустошив сейф в считаные секунды, он присел рядом и принялся рассматривать добычу, как рыбак – улов в сети.

Только этот улов был гораздо лучше рыбацкого. Гораздо лучше.