А я тем временем, не обращая внимания на застывающую поверх чешуек кровь, добралась до печени. Резкий, отдающий железом вкус приятно дополнял мои ощущения от этого обеда, и я чуть было не проглотила скользкий шмат мяса, но вовремя опомнилась, лишь покатав его на языке. Затем изодранная клыками печёнка сплёвывается мной на грудную клетку козы, аккуратно перед носиком Тростинки. Сестричка ещё маленькая, ей расти надо и сил набираться. В благодарность ткнув носом в моё плечо, сестричка слизнула изодранную печёнку. А я возвращаюсь к своей части туши, когтями выгребая из неё козьи кишки, навострив свои ушки, когда Сайда вновь подаёт свой голос, продолжая строить из себя брезгливую принцессу на выезде в глубинку:
— Что значит не есть? — возмущённо фыркнула драконица, шлёпнув хвостом по траве за собой. — Я устала! Мы очень много пролетели! Я хочу есть! Но не это! Оно… чешую пачкает! А ещё мерзко пахнет. Я такое не буду.
— Не ешь, — повторил облизывающийся Каракурт, потянувшись, вспоров когтями землю перед собой. — Не вижу никаких проблем.
— Но я голодна! Это и есть проблема! — недовольно фыркнула принцесса, видимо не понимая, что песчаный дракон над ней подшучивает.
— Тогда ты можешь попробовать те зелёные штуки для Лонгана, — хитро протянул лыбящийся Каракурт, кивнув в сторону всё–таки поднявшегося с места и принюхивающегося к плодам радужного, который, похоже, так до конца и не проснулся.
— Что? Я? Есть это?! — возмутилась в очередной раз шлёпнувшая своим хвостом по земле Сайда, столь громко, что даже Тростинка отвлеклась от уже погрызенной тушки, переведя взгляд на недовольно фыркающую морскую.
— Конечно, — кивает Каракурт, вновь указывая на апельсинового радужного. — Видишь, как ему вкусно?
А морда попробовавшего яблоки Лонгана передаёт весь спектр его ощущений. Сначала она пожелтела, будто лимон, а затем стремительно приняла ядовито-салатовый цвет, с белыми пятнами в центре каждой чешуйки.
— Аааэ, — выплюнул яблочко радужный, следом за ним показав свой язык, который он тут же принялся обдувать носом. — Кифло! Офень кифло! Аааа!
И со всех лап отведавший горных фруктов радужный дракон бросился к реке, толкнув недовольно зашипевшую ему в след Фирн. Тут же он жадно принялся лакать холодную воду.
— Вот. Видишь, как ему понравилось! — громко и грубо хохотнул песчаный, пока обиженно сопящая Сайда вновь обернулась к небесному, закончившему оттирать свои когти и чешуйки от крови.
— Циркон! Я голодна! Поймай мне рыбку, а? — попытавшись состроить из себя несчастную жертву голода, жалостливо просит небесного принцесса, вместе с этим облизывая осторожно свои клыки. — А вдруг я слишком ослабну? И тебе придётся нести меня на лапах? А ещё на пустой желудок плохо рисуется! Ну Циркон…
— Кхм, ваше Высочество, — вмешивается в готовый начаться конфликт между драконами Предвестник, — к сожалению, у нас нет времени сейчас поймать для вас что–нибудь соответствующее вашему статусу…
От подобных слов со стороны пророка, я аж подавилась, заходясь в хриплом, прерывистом кашле, выплёвывая на тушу ошмётки слетающих с клыков кусочков мяса. Что за чушь я только что услышала? Какое ещё “ваше Высочество”? Какое к чёрту “поймать”? Предвестник же продолжает, не обращая ни на меня, ни на хлопки Тростинки по моей спине никакого внимания:
— … однако, я постараюсь к вечернему привалу вывести вас всех к большому озеру, в котором Вы сможете поохотиться на достойную вашего статуса добычу, показав нам, сколь грациозны и ловки в родной стихии морские драконы королевского рода, — заканчивает ночной, лишь после этого бросая в мою сторону раздражённый взгляд. Наверное, ему не показалась смешной моя рожа с отпавшей вниз челюстью.
Сколько раз его за хвост должен был укусить Мракокрад, чтоб ему такие слова пришли в голову? Нет, я понимаю - грубая лесть, отвлечение внимания. Ещё и умудрился подтолкнуть Сайду к мысли о том, что ужин себе она должна ловить сама. Но я просто не ожидала такого от Предвестника в этой ситуации! И не только я – все адекватно соображающие драконята ошалело смотрели на меланхолично пожимающего своими плечами ночного провидца… Кроме Сайды, которой столь грубая лесть явно понравилась.
— Нууу… чисто в теории, я могла бы подождать до вечера и потом показать вам, как надо охотиться… — чуть расправив в стороны покрытые узором, вроде как характерным для королевского рода морских, крылья, улыбается принцесса. — Хотя, конечно, не очень хочется ждать. Но ведь в путешествии приходится терпеть небольшие невзгоды и трудности!
А вообще, вгрызаясь в особо жёсткий кусок мяса у кости, я задумалась над тем, что до этого морская драконица себя подобным образом не вела. Нет, она, конечно, и в пределах Академии была шумной и требовательной к чужому вниманию, но чтобы вот так хвастаться своим происхождением и тыкать в окружающих своим статусом? Она ведь даже не дочь нынешней королевы – всего–лишь дракончик одного из принцев. Так чего она так дуется? Может, просто нервничает? Или и вправду слишком изнежена для таких нагрузок?
