На несколько долгих мгновений я поднимаю взгляд на Звёздочку, внимательно рассматривая ночную дракониху, укрытую крылом сидящей рядом Луновзоры. Её мордочка окрашена ужасом, ведь сейчас Тростинка рассказывает об опытах над драконами и поисках истины Мастера. Я прислушиваюсь к словам своей сестрички, удовлетворённо кивая. Она если и приукрашивает, то совсем чуть-чуть, больше играя своим голосом, и в целом достаточно точно передаёт рассказанное Мастером. Когда она закончит, мне всё-таки стоит немного поговорить со Звёздочкой. Но сейчас стоит дать ответ самой себе.
Что делать мне? Как поступить? Что правильно? Плевать на будущее через несколько столетий, которое я никогда не увижу. Я хочу понять, какой выбрать мне путь, чтобы быть счастливой здесь и сейчас. На протяжении своей жизни.
Несильный тычок в бок отвлекает меня от поиска ответов в собственной голове, и, вздрогнув всем своим телом, я поворачиваю мордочку к Сайде, всё это время стоявшей около меня с возмущённо надутыми щеками.
— Да? — придав своему голосу максимального раздражения и недовольства, буркаю я.
— Мне скучно. Давай поговорим. А то ты говорила уже со всеми… ну, кроме Лонгана, наверное… а со мной ещё нет, — весело мигая полосками на своей шее, отвечает принцесса. От такого заявления что-то ломается в моей голове, и, похоже, весь спектр охвативших меня эмоций отразился на моей морде, из-за чего ойкнувшая Сайда делает небольшой шажок назад. — Нет, правда… это нечестно.
— Что, прости? «Нечестно»? Ты серьёзно хочешь мне что-то рассказывать… сейчас? — не скрывая негодования в своём голосе, шиплю я, привлекая к себе хмурое внимание Циркона. Что за бардак в голове у этой принцессы? У неё было с неделю полёта, чтобы говорить на любую тему, но она предпочитала громко ныть! — Тебе не интересно, что рассказывает Тростинка? Ты хоть понимаешь, что безумный дракомант угрожает заморозить все королевства?!
— Нууу, я уверена, что Циркон что-нибудь придумает… — смущённо улыбнулась она, видимо даже не заметив яда в моём голосе, нетерпеливо переминаясь с лапы на лапу, — и ничего страшного не произойдёт. Так что, разве есть о чём беспокоиться?
«Действительно. Беспокоиться вообще не о чем. Просто где-то в этом дворце сидит дракомант со странными идеями мирового порядка, использующий чужие души вместо дров и планирующий заморозить весь мир. А останавливать его должны два взрослых дракона и толпа драконят. Определённо, Циркон что-нибудь придумает», — изливаю я сама в себя так и просящуюся наружу кислоту, медленно-медленно растирая пальцами переносицу. Нет, действительно, что за глупости? Она не могла подобрать более подходящего момента для этого? У неё в голове вообще нет беспокойства за чужое племя? Или она настолько доверчива, что готова вручить свою судьбу в чужие лапы?
— Слушай, я немного занята, — немного успокоив своё раздражение, бурчу я, приподнимая тубус, в крышку которого я осторожно пропихиваю измятый фитиль.
— Да ладно тебе, ты ведь можешь слушать! — радостно улыбается морская и, не обращая внимания на моё раздражение, начинает промывать мне мозги историей своего детства.
Говорит о том, как она, бедненькая, вылупилась в королевской кладке вместе с парой братьев. Рассказывает, как плавала с мамой по дворцу, а ещё жалуется, что отец практически не замечал своей дочери и вообще всячески её избегал. Может, перебить её и сказать, что мы с Тростинкой вообще не знаем наших родителей? Или это слишком примитивная шутка, которую мудрая и благоразумная принцесса не поймёт?
Отчаянно вздохнув, я возвращаюсь к своему важному занятию, взявшись пересыпать содержимое мешочков в тубус, перед этим открутив крышку и убедившись, что он достаточно плотно сделан и нигде серый порошок не просыпется.
Я даже сочувствующий взгляд Каракурта поймала. Разноглазый песчаный, одним ухом слушающий короткие, рваные вопросы Фирн и ответы моей сестрички, слегка покачивал своей мордашкой из стороны в сторону, не решаясь подойти и остановить морскую, продолжающую нести какие-то самовлюблённые бредни.
— Я так хотела, чтобы бабушка на меня посмотрела, даже её портрет нарисовала! — Морская слегка ёжится, пытаясь укрыть себя крыльями. — А она меня даже не заметила… Будто я пустое место… Проплыла мимо, и только тётя Кайра меня похвалила. Сказала, что я талантливая и чтобы продолжала творить. Она добрая — Кайра. Такая спокойная и заботливая. Не то что тётя Анемона, которая только и делает, что со всеми ругается и на всех громко кричит.
