Я же внимательно и пристально смотрю в её глаза. Она вроде хотела о чём-то поговорить? Я ведь вредная, просто так ничего не забуду! В её глазах на мгновение вспыхивает неуверенность, а сама она будто сжалась под моим взглядом. Неужто так легко догадаться, о чём я думаю? Ночная с серебристыми слезинками-чешуйками под глазами чуть поёрзывает на своём месте, отворачивая мордашку и почёсывая свой нос большим пальцем левого крыла.
— Я бы хотела узнать, есть ли тут библиотека, — не отрывая взгляда от Звёздочки, медленно выговариваю я, слегка наклонив голову набок. Ещё бы заговорщицки подмигнуть…
— О. Я как раз хотел туда заглянуть, — врывается в наш разговор Каракурт, сворачивая свой свиток и откладывая его в сторону, слегка потягиваясь на месте, перед тем как вскочить на свои лапы. — Но сначала я бы перекусил. Фрукты – это как-то несерьёзно. Кто-нибудь ещё пойдёт?
Взгляд его пробежался по остальным драконятам. Лонган уже спрыгнул с потолка, побежав стоять над душой у Циркона. Небесный дракон как раз выводил первые линии, а на вторжение радужного отреагировал недовольным бубнежом, вновь поджимаясь к своему творчеству, не обращая на нас никакого внимания. Сайда жмётся к Звёздочке, заодно разглядывая ближайшую стопку свитков. «Интересно… Тут что-нибудь написано о моём королевстве?» – будто сама у себя спрашивает принцесса. А сама ночная лишь качает мордашкой из стороны в сторону.
— Я попозже подойду, — виновато улыбается она то ли мне, то ли пожимающему крыльями Каракурту, неспешно направившемуся к выходу.
— Ну ладно. Заодно посмотрю, что с расписанием, — кивает исполосованный песчаный. — Идёшь, Водомерка?
И вроде мне не особо хочется куда-то идти с этим исполосованным драконом… С другой стороны, он явно больше расположен к окружающим, чем Фирн или Циркон. Вон даже пытается улыбаться, не зная, как покрывающие его морду шрамы придают его безобидному и добродушному оскалу зловещий вид. И кто же так тебя погрыз-то… Хотя почему бы не нарушить все правила тактичности и не спросить по пути?
— Если ты знаешь дорогу, — после пары секунд раздумий киваю я ему, медленно потопав следом за песчаным драконом, последовавшим в тёмных проход, в которой недавно скрылась ледяная.
— Конечно знаю. Я тут уже три дня, между прочим, — кидает он через плечо, давая новую пищу для размышлений.
Значит, Академия собирает учеников постепенно? Или просто так вышло, что Каракурт вместе с сородичами прибыл намного раньше? Темнота узкого коридора, ведущего в покои крылышка, сменяется светом факелов, освещающих широкий туннель.
— И всё успел облазить? — поддерживаю я разговор, равняясь с песчаным.
И — о чудо! — он не демонстрирует какого-либо недовольства, какое я ожидала от дракона, претендующего на некое “первенство” и “лидерство” в нашей стайке. Очередная ухмылка искажает его морду, выглядя ещё более зловеще в неровных, дрожащих тенях, отбрасываемых огнями.
— Не всё. Некоторые коридоры завалены, другие оканчиваются тупиками. Да и на нижние уровни нас просят не ходить. Говорят, там лежит скованный камнем ночной дракон. Очень старый. — В который раз я удивляюсь тому, сколь сильно его тёплый и бархатный голос контрастирует с потрёпанной жизнью внешностью.
— Неужто Мракокрад? — приподнимаю я брови, заметив, как оступается идущий нам навстречу ледяной дракон, злобным взглядом впившись в мою морду. Интересно, они все такие недовольные, готовые сорваться на шипение от любого неугодного слова?
— Хах. Нет, конечно же нет, — негромко посмеивается Каракурт, подмигивая мне и понижая голос до шёпота. — Хотя ходят слухи, что он тоже дракомант… Но кто знает, я до него так и не добрался… И спросить не смог.
Так. А вот это интересно. И, наверное, ожидаемо. Старый дракомант, спящий под необычной школой. Уже, выходит, второй? Если это и вправду не Мракокрад. И если не “тёмный властелин”, то кто? Некто более добрый, не оставивший следа в истории своими чудовищными деяниями? Может, если он и правда дракомант, я смогу спросить у него совета по поводу своей сестрички? Или же вообще удастся уговорить его стать учителем для Тростинки? Далеко глядишь, Водомерка, слишком уж далеко. Даже ничего не вызнала, а уже строишь какие-то простенькие, но тянущиеся на много дней вперёд планы.
— И ещё… Наиболее упёртых просят не беспокоить его, — всё тем же шёпотом делится секретами Каракурт, выводя меня в большую пещеру, из которой даже есть выход наружу, через который в пустынную залу врываются лучики утреннего света. — Причём не кто-нибудь, а сама Солнышко!
— А ты её очень уважаешь? — приподнимаю я слегка брови, не скрывая толику скептицизма в собственных словах. Только вот морда Каракурта искажается приступом раздражения, когда он слегка морщится.
